Между двух мужей

Я увидела ровную спину и гладко зачесанный к затылку золотистый узел волос, и хотела было окликнуть Илону, но она уже скрылась за углом, я уловила только промельк светлого плаща и услышала затихавший дробот ее высоких каблуков. Женщина вошла в Капин подъезд. Я остановила машину и последовала вместе с тетей Милой в том же направлении, что и Илона, – с двух-трехминутным опозданием, не больше.

Войдя в подъезд, мы остановились как вкопанные: подъездную тишину прорезал дикий, иccтyплeнный кpик! Рефлекторно подняв голову, я едва успела отпрянуть: в тусклом свете подъезда я увидела чьи-то взметнувшиеся над перилами верхнего этажа руки, а затем – Илону, вернее ее тело: оно завиcлo, перевесившись чepeз пepилa, качнyлocь в вoздyxe и c глyxим cтyкoм рухнуло нa нижнюю площадку.

Все произошло так быстро, что тетя Мила, кажется, ничего не поняла. Она только проводила взглядом упавшее тело и подняла на меня глаза, в которых ясно читалось: «Я не верю, никак не верю, просто не могу поверить тому, что вижу!»

В три прыжка я оказалась у распростертого на каменных плитах тела, но не надо было даже и дотрагиваться до ее вены, чтобы убедиться: Илона мертва! Скорее всего, у нее была сломана шея.

…Потом закрутилась вся эта суматоха: приезд милиции, утомительный допрос, которому нас с тетей Милой подвергли приехавшие сотрудники убойного отдела. А затем контуры трупа Илоны очертили широкой меловой каймой, переложили тело на носилки и понесли его к выходу.

– Женя, а… а к Капе нам нужно все равно зайти, ведь так? – заикаясь, спросила тетушка.

– Да, – ответила я, чуть помедлив. – Пусть уж лучше она от нас узнает о произошедшем.

Следователь Курочкин, который, конечно, уже был тут как тут, проследовал с нами в квартиру отставной актрисы.

По-прежнему не вставая с дивана, Капитолина переводила уже еле видные в складках морщин щелочки глаз с меня на Курочкина и обратно – и ее осунувшееся, сильно похудевшее за эти дни лицо было преисполнено выражения беспомощности, настолько полной, что, казалось, это уже почти лишало Капу возможности что-то соображать.