Между двух мужей

– Но… что ему было надо?!

– Об этом я как раз хотела спросить вас!

– Но я не знаю! Я проснулась от того, что… – Маринины глаза внезапно расширились, и, проследив за ее взглядом, я увидела то, что так напугало девушку. На полу между кроватями валялась снятая с Зоиной постели подушка.

– Да… – прошептала Марина. – Теперь я вспомнила! Я проснулась, потому что почувствовала – рядом со мной кто-то есть… кто-то чужой. И я увидела, что «он» шагнул ко мне с подушкой… А потом вошли вы, – и она бросила испуганный взгляд на меня.

 – Женя! Что это было?! Он хотел меня… придушить? Подушкой?!

Судя по всему, все обстояло именно так. Но не стоило слишком пугать девушку.

– Знаете что? Давайте считать, что все это нам просто приснилось, – предложила я.

– Как, всем троим?

– Да.

Близился рассвет.

В коридоре отделения включили свет, из ординаторской и сестринской выползли дежурные врач и медсестра – их помятые, припухшие лица были того болезненно-сизоватого оттенка, который почти всегда служит печатью раннего пробуждения.

С первого взгляда было понятно, что наша недавняя суета в палате у Марины осталась никем не замеченной.

* * *Наступило утро, мое дежурство закончилось. Страшно хотелось спать, но делать этого я не собиралась. Я не могла отвязаться от чувства досады на саму себя: как я могла до такой степени отвлечься разговором с Зоей, что едва не прошляпила опасного визитера?! Черт возьми!!!"

"Сдерживаясь, чтобы не разогнать свою злость до запрещенных в городе двухсот километров в час, я крутанула руль своего «Фольксвагена» и выплевывала сквозь зубы такие слова, какие напечатать здесь нельзя.

Но, несмотря на злость, мозг мой работал в нужном направлении, и вскоре я остановилась возле некоего здания с величественной каменной башней на фасаде и с мраморными ступенями. Не буду говорить вам, какая табличка висела над входом в это здание, замечу лишь, что люди, которые здесь работают, как правило, знают – или могут узнать – почти все.

И некоторых из этих людей я знала очень хорошо.

И очень давно – еще с тех пор, как сама была боевой единицей и проходила службу в горячих точках нашей планеты.

Словом, я вошла в один из кабинетов этого чудесного здания и расцеловалась со своим бывшим сослуживцем. А потом попросила его узнать все, что сейчас известно органам следствия об обстоятельствах убийства Антонины Протасовой.

– Паш, тебе же это ничего не стоит сделать! Всего один звонок!

– Ну… ладно.