Месть

С одной стороны, если поблизости нет жилья, то отыскать Эмму Гентлиц окажется просто. Вон, следы её виднеются на грунте, тяжело идёт, экипировалась, как на войну.

А с другой стороны, что это за местность? И если город приличный отсюда далеко, то как добираться до мест, где сейчас может орудовать Боря Ивлаев? То есть насколько вдалеке они от родного дома? В любом случае ведь стоило выйти на контакт с родителями и выяснить, как те поживают.

Заброшенность карьера, как и его наличие вообще, тоже трактовалась двояко.

– Что мы знаем о самозащите порталов? Вполне возможно, что в случае гипотетической порчи от окружающих людей имеется некая превентивная защита? Ну, там, противный инфразвук или какое неприятное излучение, отпугивающее разумных.

– Понятно, к чему ведёшь, – догадалась её точная копия. – И такая версия имеет право на жизнь.

– А вы присмотритесь, как этот овраг выглядит, – заметила Мария. – Вон, мы опять в гору стали подниматься… А за спинами яма остаётся. Так что не удивлюсь, если здесь в половодье стоят воды, как раз до нашего уступа с порталом.

Дельный вывод. Пусть не всегда, но овраг частенько затапливался. Поэтому его и бросили в своё время. А когда он подсыхал, банально опасались сюда наведываться за металлоломом. Или помнили, что здесь образовалось озеро. Особенно если до того жертвы здесь имелись.

– Но уж точно этот овраг не в знакомой нам местности, – пришла к выводам Вера. – Иначе мы знали бы о таком, окажись он поблизости от Лаповки или возле нашего родного города.

Выбрались из оврага. Оказалось, что он весь ещё и сам между холмами словно провалился. Примерно на запад, к садящемуся солнцу шла заброшенная гравийная дорога. По всему выходило, что даже сильный дождь напрочь мог заполнить своими водами неудачное место для каменоломни.

Не успели обогнуть один холм, как в километре заметили признаки цивилизации. Тамошняя возвышенность оказалась срыта наполовину, а рядом дымили две трубы кирпичного завода.