Месть

А в телеэфире продолжала нарастать истерия очередной сенсации. Прибывшие в нужный лес журналисты привезли с собой представителей охраны правопорядка, десятка два добровольных помощников и нескольких патологоанатомов. Причём рьяные помощники были выбраны из числа близких родственников тех несчастных, кто смертельно пострадал на агентурной работе. Фамилии я им сразу подал во время телефонных разговоров.

Именно последний факт на какое-то время позволил акции пойти в стихийном ключе. Сразу не удалось остановить раскопки «в интересах следствия», озверевшие родственники чуть не убили лопатами нескольких представителей прокуратуры, прибывших к месту событий с явным опозданием.

Лишь когда в дело вступили вызванные воинские подразделения, оцепившие весь лес, удалось навести относительный порядок на месте варварских раскопок. Но шум уже поднялся такой, что его услышали по всей стране.

Но фоне этого шума выемка тел генерала Гаврилы и его подручного из конторки прошла сравнительно спокойно. Хотя и там журналисты рвали на себе виртуальные волосы и вопили в эфир: «Доколе?!» Проклинали «оборотней в погонах» и громко симпатизировали решительным мстителям.

Дескать, раз полиция не может наказать преступников, значит, правильно поступают простые обыватели. «Надо действовать как в мире Запада! – распинался какой-то особо бойкий обозреватель. – Никто нас не защитит лучше, чем мы сами! Поэтому требуем немедленно всем гражданам раздать оружие!»

Не столь важным казалось, что сам он никогда даже из рогатки не стрелял.

Зато информация в народ пошла.

То есть и второе событие властям утаить не удалось. Если они, конечно, пытались это сделать. Но что нас очень интриговало, так это полное молчание в новостных лентах о другом незаурядном событии. Мы от ментального удара чуть не умерли, а миллионы человек о нём ни слова не сказали. Что здесь не так? Или это только нам досталось? И что именно в таком разе случилось с нами? Кто нас хотел убить? Или мы попали под удар некоей природной аномалии?

Когда мы порядочно подзакусили, Татьяна попыталась нас вырвать из угрюмой сосредоточенности своими расспросами.

Причём действовала вроде не нагло, но весьма настойчиво. Лёня на это лишь отмахивался да демонстративно пялился на экран. Разве что иногда жаловался печально:

– Что в мире творится! А?.. Какой кошмар!..

Так что приходилось мне отдуваться при ответах, собирая в гармоничную кучку несопоставимое:

– Честно говоря, работа наша – это государственная тайна.