Месть

И к нему только-только начинал поворачиваться тот самый парень, который первым выглянул из калитки на улицу. В руке у него подрагивал массивный ключ, которым он совсем недавно запер дверь на замок.

– И зачем он дверь закрыл? – недоумённо поинтересовалась Мария, вроде и ни к кому не обращаясь. – Вдруг ещё кто-нибудь на огонёк к нам заглянул бы?.. Или в гости здесь ходить не принято?

Сидящая от неё справа подавальщица только испуганно всхлипнула, согнувшись в три погибели, и чуть ли не сползла со стула на пол. Тогда как её товарка вдруг неожиданно нервно хихикнула и выдала:

– Это они сразу закрывают, чтобы ни мы, ни вы отсюда не сбежали.

Они ведь обычно к полуночи как скоты упиваются, и можно было бы сбежать, но всё наглухо закрыто, ставни, двери…

– А душевая, умывальник, туалет, в конце концов? – изумилась Вера.

– Вон в той комнате, – мотнула головой страдалица. – Там общая спальня и большая ванная комната…"

"Тогда как Жора, уже в который раз, подтвердил своё амплуа хитрого, всё соображающего зверя. Он вырвал ключ из рук подельника и попытался открыть замок.

Подвела его нервозность и трясущиеся руки, ключ не попадал в замочную скважину. А может, и это его не спасло бы?

И хоть коленки у водителя самосвала подогнулись, но на ногах он устоял, когда дом буквально завибрировал от грозного приказа Марии:

– Сидеть! На пол!

Три его подельника рухнули на пятые точки, а он только прислонился к косяку, так и не выпустив ключа из рук. Даже умудрился его воткнуть-таки в замочную скважину. Только и всего.

Потому что в тот же момент о его голову вдребезги разбилась бутылка с коньяком. Удар для внутренностей черепной коробки получился двойной, ещё и лоб врезался в полотно двери. А там и тело завалилось на спину, словно подкошенный сноп камыша. Отгулял своё, насильник.

Оставшиеся трое, пребывая в сознании, но в явном ступоре, только пялили глаза, размером с блюдца, на начавших переговариваться девушек. Причём гостьи что-то перетёрли между собой на совершенно непонятном языке, а потом стали выпытывать у нервно хихикающей подавальщицы:

– Что здесь творится? И кто эти твари? И сами что здесь делаете?

– Мы-то? Отрабатываем долги.

Я – оказалась обворована пару раз, набежало за квартиру, и срок выплаты кредита истёк, схватили, привезли сюда. Заступиться некому, полная сирота. Скорей всего, и обворовывали меня по наводке. Она, – кивнула головой на подругу, – вообще тут давно, можно сказать сутенёр её продал этим уродам навсегда. Обвинили в том, что обокрала клиента.