Месть в ажурных чулках

С этими словами он вежливо простился с подругами и так же вежливо, но решительно выставил их из своей квартиры, чтобы не нарушать свой привычный распорядок дня.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ"

"Домой подруги вернулись удрученные. Опрос соседей четы Вадюшиных, как и предсказывал им благоразумный Иван Николаевич, не дал никакого результата. Ни Фира, ни ее муж Виталий никому из соседей о своем отдыхе ничего не говорили.

— Слушай, какое-то странное время эта парочка для отдыха выбрала! — заметила Леся, когда они вернулись к Кире.

— Ага, — согласилась Кира. — Тем более что после Нового года будет почти десять дней выходных. Вот тогда и следовало бы отдохнуть.

— Видимо, у Фиры был свой расчет, когда она покупала путевки, — задумчиво сказала Леся.

Плевать мне на эту бабу! — внезапно разозлилась Кира. — Никакого особого расчета я тут не вижу.

— Ну, не сердись! — попыталась успокоить подругу Леся.

— Черт! — злилась Кира. — Мы даже не выяснили, Ларискин это Виталик или нет! Может быть, мы идем по следу совершенно постороннего мужика!

— Как это? Ведь баба Дуся четко сказала, что этот Виталик — друг Горемыко.

— Боже мой! — закатила глаза Кира. — Да у Петьки, может быть, и есть друг Виталик, и у Виталика есть жена Фира, и мы сегодня пытались с ними пообщаться. Только вполне возможно, что Ларискин Виталик и Глафирин Виталик — это совершенно разные люди.

— Как это?

— Да очень просто! Подошел Ларискин Виталик, когда ему понадобилось сменить номер сотового телефона, к первому попавшемуся прохожему, да и попросил того об услуге. И этим прохожим случайно оказался Петр Горемыко.

— Знаешь, если бы ко мне на улице подошел незнакомый человек и попросил бы о такой услуге, то я послала бы его подальше! — сказала Леся.

— Ты? — изумилась Кира, от удивления даже перестав злиться.

— А что? — воинственно переспросила Леся. — Он там наговорит на свою симку несколько тысяч с Америкой или Африкой, а мне потом его долги оплачивать? Нет уж, спасибо!

— Слушай, об этом я не подумала, — сконфуженно призналась Кира.