Месть Паладина

— Показывай!

Искореняющий откинул рогожу. Вальриф брезгливо посмотрел на три тела, лежащие в ряд.

— Ты мне что привез, да? Зачем мне трупы, а?

— Почему трупы? Просто они под маковым соком, спят.

— И этот тоже? — брезгливо указал пальцем на крайнего он.

Ну тот был точно труп. По крайней мере, безвольно повернутая набок голова, открытые глаза и рот выдавали покойника.

— Этот? — глянул на него Искореняющий. — Да вроде жив был, когда грузили. Может, перебрали с соком?

— Может, может... — прокаркал Вальриф.

— Никак нет. Уговор ведь был...

— Уговор был на живых. Этот — дохлый. Плачу за двоих.

— Может, всех заберете? — спросил немного оробевший Искореняющий.

— Еще чего, — сказал Вальриф. — Сам избавишься от дохляка. Здесь мне это тухлое мясо не нужно.

— Как скажете, милсдарь.

— Иди в кабину и жди, пока мы выгрузим этих, — Вальриф подал водиле тощий кошель.

— Да, милсдарь!

Я хмыкнул про себя. Не обломилось водиле.

Двое «орков» начали возиться и выгружать тела.

— Все, можешь ехать, — Вальриф подошел к кабине. — Начальству скажешь, что я недоволен, и хан тоже.

— Передам, — хмурый водила набрал адрес на панели портала.

Точнее, я так себе представил. Видеть я это ну никак не мог, только что если подключить Открытие Преграды. Но поскольку мертвяки этого не могут, я тихо и спокойно лежал и дышал отвратным амбре от рогожи.

По стуку колес по подмосткам я понял, что мы пересекли портал и выехали уже в Сенаре.

— Уже вернулся? — незнакомый голос спросил водилу.

— Ага.

— Ну привет магистру Вудеру передавай.

А, это видимо портальщик из Ордена. Любезностями обменялись и ладно, давайте уже, а то я исполню рыголетто от запаха.

— Пропускай! — крикнул первый голос.

Ну да, правильно, у порталов как правило караулка стоит на подобные случаи.

"Фургон покатил дальше, гремя по камням мостовой железными ободьями. Ну правильно, труповозке и положено такой быть, мертвым не нужны удобства. А что до возничего — принудительный массаж от простатита ему не повредит.

Фух, не могу больше. Я откинул рогожку и втянул полной грудью воздух. Зря я это сделал — вонь стояла в закрытом кузове неимоверная, все тем же.