Месть – блюдо горячее

Дело оказалось сложнее: местность принадлежала сразу двум участкам, Четвертому и Пятому. Лишь через час телефонировали с Четвертого и сообщили, что гулящую зовут Вера Белотелова и проживает она во Втором Дегтярном переулке в доме Усова.

Лыков и Азвестопуло отправились туда, прихватив от местных Побединского. В квартиру гулящей они проникли через черный ход. Получилось неловко – у бабы в это время пыхтел клиент, унтер-офицер Асландузского пехотного полка. Пришлось прервать его занятия и выставить вон.

Нелегалка оделась и вышла к сыщикам.

– Я не за деньги, у нас чувства! Потому билет не беру, а замуж собираюсь…

– Верка, заткнись, – остановил ее причитания статский советник. – Мы за другим пришли.

– Ась?

– Где Егор Князев?

Баба растерялась:

– Егорушка? Второй год как нет его. Уехал в свою Рязань, даже не попрощался. Дроля, называется…

– Он уже месяц как здесь. Скрывался у Вафли.

Гулящая села, поджала губы:

– Месяц? Вот оно что. К Вафле рябой прибился. Какие мужики все-таки сволочи!

Было видно, что она не врет.

Еще один след никуда не привел, оставалось ждать результатов облавы."

"Лыков с Азвестопуло сидели в кабинете полицмейстера и наблюдали, как приставы дружно отговаривали его проводить облаву. Саратов в полицейском отношении разделен на шесть участков. Вот все шестеро и состязались в красноречии. Особенно выделялся пристав Пятого участка надворный советник Михайлов.

Ему вторил «шестой» пристав – коллежский асессор Филонов. Этот напирал на ограниченность сил наружной полиции даже для проверки паспортов.

Дьяконов дал горлопанам высказаться, а затем поднял заведующего конно-полицейской казачьей командой отставного полковника Изюмского:

– Алексей Николаич, а вы что скажете насчет оцепления?

Тот заговорил со знанием дела:

– Весь город зараз не оцепить, но это и не нужно.