Месть – блюдо горячее

Позвольте зачитать? Э-э… Третьего дня на Скоморощенской улице сперли тулуп на бобровом меху и пуховой шарф, всего на двести тринадцать рублей. Крупная для нас кража! Вчера на Маломещанской в сорном ящике обнаружен мертвый новорожденный младенец. Ищем мамашу-злодейку, но вряд ли найдем. А!.. Вот любопытный случай!

Баулин оживился:

– Два известных полиции вора, Федоровский и Ющенко, пришли в магазин Летникова и предложили хозяину купить у них тысячу рублей фальшивых денег за сто настоящих. Купец сперва согласился! И даже вручил задаток.

Но потом одумался, пришел ко мне и сдал голубчиков. Теперь они сидят в тюрьме и ждут суда.

– Давайте еще примеры, – потребовал ревизор.

– Слушаюсь. У мещанки Нестеровой из лавки на Новогоршечной украли бочонок сельдей ценою в два рубля. Умыкнул некто Иван Рожнов, крестьянин Рязанского уезда деревни Волыни. Вор арестован, сельди возвращены хозяйке. Лишенный прав Архипов служил работником у крестьянина Макарова. Свел у него лошадь, сани и сбрую, всего на сто восемьдесят рублей.

Рецидивист! Поймали, сидит в следственном корпусе. В табачном магазине Варенцова обнаружена курительная бумага без знаков бандерольной пошлины.

Рязанец покосился на питерца: хватит или читать дальше? Тот махнул рукой – читай.

– Ага… Содержательница пивной лавки на Михайловской улице с подходящей фамилией Пойлова оштрафована на десять рублей за розлив водки вместо пива… Купец Мамаев дал раскладочному присутствию[11] неверные сведения о своих торговых оборотах.

Негласным осведомлением мы это выяснили, мошенник оштрафован на триста рублей. Также мы арестовали Крысанова и Яблочкина, знаменитых в Рязани воров, и нашли при них медные и стальные части, похищенные с паровозов Московско-Казанской железной дороги.

– Дорога премию сыскным дала? – оживился Алексей Николаевич."

"– Никак нет. В Рязани это не принято, горюем на скудном казенном довольствии. Что еще? Крестьянин Тарасов украл из квартиры в доме Дрейлинг на Нижне-Почтовой улице сапоги с калошами, стоящие десять рублей.

Успел, стервец, продать их, а выручку пропить – мы вернули хозяину сапог только пятерину… И все в таком же духе, Алексей Николаевич. Воровство, чаще мелкое и дурацкое. Мы жуликов ловим, сажаем, а они выходят на волю и снова воруют. Еще бывает передержательство[12]. А самый бич – это продажа водки в тайных притонах, называемых шланбоями, без патента.