Мерзавец высшей академии

У этой малышки оказался невероятно мощный поток маны, и она обманчиво легко с ним управлялась, не испытывая при этом каких-либо трудностей.

Мне даже стало интересно.

Я шел по длинным коридорам академии, размышляя о ее матери, которая без зазрения совести продала собственную дочь…

Чем сделала мне невероятное одолжение!

— Проф… — запнулся на полуслове мой помощник, появившись из-за угла. — Вас уже ждут. Эмануэль Блэквуд лично решил с вами поговорить.

Любопытно…

Что могло понадобиться от меня этому напыщенному аристократу?

Я недовольно поджал губы и поспешил на кафедру, желая немедленно разобраться со всем этим фарсом и поскорее вернуться к огненной малышке, которая сейчас наверняка сладко спит в моем кабинете.

Хотелось поиграть с ней еще немного.

— Мирин, что еще он сказал? — поинтересовался я, не сбавляя шаг.

— Меня зовут Нарин, — обидчиво произнес молодой парень, заканчивающий в этом году стажировку, и я недовольно нахмурился. — Нет. Пожелал лишь, чтобы встреча была тайной.

Какая конспирация…

Я усмехнулся, а затем свернул за угол, предвкушая предстоящий разговор.

Эмануэль Блэквуд…

Я знал его много лет. Заносчивый, алчный, жестокий. Владеет огромной компанией по магическим патентам на протяжении уже двадцати пяти лет, ловко устраняя конкурентов.

Какое-то время я работал на него, когда еще был юношей и начинал с самых низов. Вот только такие люди просто так не возвращаются из прошлого…

Ему было что-то нужно.

Я быстро дошел до огромного кабинета кафедры и порывисто потянул на себя кованые ручки высоких дверей, отчего они широко открылись, являя мне сразу трех магов, одним из которых был Эмануэль Блэквуд в сопровождении своей охраны.

— Чем удостоен такой чести? — усмехнулся я, закрывая за собой двери, и на лице Эмануэля отразился до боли знакомый надменный взгляд.

— Пришел поговорить о сыне, — ответил он, улыбнувшись краешком губ.

— Интересно… — прежде он его не волновал.

Лоренс Блэквуд был чем-то похож на своего отца — такой же надменный, высокомерный, с большим потенциалом и твердым стержнем внутри.

— Я хочу, чтобы ты его отчислил, — неожиданно произнес он, и я деловито сложил руки на груди.

— Могу спросить почему? — поинтересовался я, и Эмануэль вальяжно прошел вперед, остановившись прямо передо мной.

— Все просто, Габриэль. Хочу, чтобы он стал сильнее.