Близкие люди

Уже забыв, что это может быть так… Остро. Будто ходишь по лезвию. А может, до него так и не было никогда. Потому что все до него было неправдой. Когда их губы разъединились, задыхались оба. Но о продолжении речи не шло. Вспышка страсти отняла у Лизы последние силы. И Яр это считал очень тонко.

– Да ты совсем никакая. Пойдем, малыш, я тебя уложу в кроватку.

– Я хочу тебя… – возразила Лиза слишком вяло для того, чтобы ей можно было поверить. Яр усмехнулся. Кайфуя просто от того, что она так близко."

"Уложил ее в постель, нависнув сверху, поцеловал дрожащие веки и хотел было уйти.

От греха подальше.

– Я серьезно, Яр… Мне это нужно.

Сомнительное заявление, особенно учитывая то, что Лиза даже не смогла открыть глаз. Но, если она так хочет…

– Давай посмотрим, что я могу с этим сделать, – шепнул он ей в волосы. Рукой провел по телу вниз. Лиза призывно развела ноги. Он тихо засмеялся, лаская ее шею теплом дыхания. Старательно игнорируя мысли о том, как же она намучалась, как похудела вся и осунулась.

Сжал в руке все еще полную грудь. Растер сосок между пальцев, облизал, намочив ткань. Дунул, с жадностью наблюдая, как тот на глазах твердеет, сжимается от холода. С губ Лизы срывались тихие мяукающие стоны. Она ерзала под ним, извивалась. Впивалась ногтями в руки, подкидывала худенькие бедра, бесстыже намекая ему, чего хочет. От ее возни футболка задралась вверх и собралась в районе талии, оголяя Лизу до пояса. Такая красивая. И его… Теперь уж точно его. Сто процентов. Яр очертил пальцами выступающие кости бедер. Медленно скользнул вниз, а как только ее дыхание оборвалось, отступил, не касаясь самого главного.

– Яр… – взмолилась Лиза. Глазные яблоки хаотично двигались под ее веками. Она что-то бессвязно бормотала и кусала губы, потерявшись в нем… И в происходящем. Яр безошибочно нашел увеличившийся, разбухший от желания узелок между ее ног. Растер его, прошелся ниже, пачкая пальцы в ее секрете и медленно-медленно перетекая вниз, чтобы попробовать ее так, как давно хотелось.

Ртом, языком, губами. Шалея от её аромата и вкуса. Желая ее нечеловечески. С трудом удерживая в узде животные инстинкты. Она кончила прежде, чем Яр успел насытиться. Задергалась, прижимая к себе его голову и тоненько жалостливо заскулив. На этом можно было бы ставить точку. В конце концов, это для нее было. Но ощутив, с какой яростью она сокращается вокруг его двух сложенных вместе пальцев, Яр с собой не совладал.