Близкие люди

Он не хотел знать, кого она представляла, устроив эту дикую скачку… Яр довольствовался уже тем, что был с ней. Каким угодно способом. В каком угодно качестве. Каким бы болезненным этот опыт не был для его самолюбия. Сейчас, когда она с таким энтузиазмом его объезжала, это было совершенно неважно.

Откат накрыл Ярослава потом. Когда она все же кончила. Сжимая его до боли в течение каких-то секунд. Абсолютно ему недостаточных. А следом скатилась и заревела в голос. Вздрагивая то ли от этого плача, то ли от оргазма, который, пробиваясь через ее истерику, накатывал волнами.

– Лиза…

– Не трогай меня!

– Почему? Если ты стыдишься того, что произошло…

– Стыжусь?! – она резко обернулась. – Для этого надо чувствовать хоть что-то. А я ничего не чувствую. Просто не хочу, чтобы ты меня трогал. Это ясно? Уходи.

– Пару минут назад ты не имела ничего против, чтобы я тебя трогал.

Яр сложил руки на груди, понимая, что так выглядит выигрышней. Видит бог, ему хотелось ей нравиться. Ему хотелось ее любви. Но если с этим пока дела обстояли сложно, то с физическим влечением… В общем, если Лиза просто будет его хотеть – это уже немало.

– Господи, я же просто тебя использовала, чтобы ему отомстить!"

"Кому – «ему», можно было не уточнять.

– Я знаю, – пожал Ярослав плечами, заталкивая боль поглубже. –  Когда захочешь повторить – я к твоим услугам.

– Ты издеваешься? – Лиза всхлипнула.

– Нет.

– Повторить? Да я видеть тебя не хочу, после всей этой лжи.

Лиза поежилась. Подтянула колени к груди и уткнулась в них носом.

– Никогда, слышишь? Это он был идиотом. Ни один нормальный мужик не променял бы тебя на…

– Сколько это продолжалось? – прервала Лиза Яра.

– Я не знаю.

– Не ври! Если ты хоть когда-то был мне другом, не ври хоть сейчас!

– Да не знаю я! – рявкнул Яр. –  Может, полгода.

– А до этого? Он изменял мне до этого?

– Откуда мне знать? Я ему свечку не держал. Да и какое это имеет значение сейчас?

– Ты прав. Никакого. – Она перевернулась на бок. – А я ничего не замечала. Я… Никаких звоночков. Я же до тебя… То есть я только с ним спала. Он у меня единственным был. Господи… Я ведь искренне верила, что и я для него – единственная.

– Лиза…

– Уйди! Не трогай меня. Не касайся. Мне невыносимо. И жалость твоя… невыносима.