Близкие люди

Которые она не могла читать, потому что те ее убивали. Которые она все же читала, надеясь сдохнуть.

Грязь… Тонны грязи.

Ей казалось, она сыплется ей на голову, пачкает, засасывает в свое болото, забивается в рот, в нос, в уши и глаза. Зловонная, мерзкая… Сколько ни сглатывай – она поперек горла. Она везде. В каждой поре. В каждой клеточке тела. Отравой, разрушающей всё… Всё… Всё!

– Очко сожми, сильней. Сука–а–а…

Она этот голос ни с чьим не спутала бы. Хоть на видео ее мужа не было видно. Лишь… ее, Таню. Точнее, ее голую задницу и его член, с остервенением ее таранящий.

Звуки животного совокупления. Танин вой. Его грязные… опять грязные комментарии.

Это было слишком. Лиза пролистала. Еще несколько фото с развороченными… Так, ладно, это тоже все мимо.

Осознав, что задыхается, Лиза с всхлипом втянула воздух. И удивленно, будто впервые видела эту комнату, осмотрелась. Он трахал ее и здесь… В ее кровати. На постельном, которое они вместе купили в Италии.

И которое, будто в насмешку, было постелено и сейчас.

Вдох-выдох. Через боль, через хрип… Каждый глоток воздуха – новый виток агонии. Лиза заскулила. Осмотрелась дико.

Даже простыни… даже эти чертовы простыни – предательницы.

На коленях Лиза подползла к кровати. Непослушными руками содрала одеяло. Стащила наволочку с подушки, потянула простынь. Подвывая, будто безумная, но даже не замечая этого.

Возмущенный творящимся беспределом Данька насупился и грозно взмахнул кулачком. Лиза замерла. Пальцы, комкающие ткань, разжались.

Медленно, как старуха, она подползла поближе к ребенку и уставилась на него неживыми, стеклянными от слез глазами.

«И ротик, да? Глазки и ротик. Ну, вылитый Сережа», – зазвенел в ушах голос свекрови.

– Да… – прошептала Лиза. – О, да."

"Ей хотелось умереть, да, чтобы никогда их больше не видеть.

Глава 10

Лиза очнулась от транса, когда Данька стал уже захлебываться собственным ором. Взяла ребенка на руки, стараясь больше на него не смотреть. И даже не дышать одним с ним воздухом. Машинально потянулась к клапану на рубашке.

Но поняла, что не может дать ему то, что он с такой настойчивостью требует. Ее передернуло от одной только мысли об этом. Не чувствуя и капли раскаяния, Лиза развела смесь, которую купила на всякий случай, и сунула мальчишке бутылочку. Тот еще немного покочевряжился. Но голод, в конечном счете, оказался сильней. Тишину квартиры нарушили громкие чмокающие звуки, которые, впрочем, Лиза не слышала из-за странного шума в ушах.