Близкие люди

Да и вообще – зачем? Зато, к большому удивлению Лизы, на ее сторону встали свекор со свекровью. Свекровь даже прослезилась, обнимая Лизу, и заверила, что она может полностью на них положиться. Что Данечка им как внучек родной будет.

Потом Лиза долго недоумевала, как тот их восторг ее не насторожил? Ведь должен был! Непременно должен. Но она решила, что старики нашли в Дане свое утешение. И на том успокоилась. Ах, как же жестоко она ошибалась. Ах, как же с ней были жестоки…

Данька родился пятнадцатого октября. Путем срочного кесарева сечения.

Все понимали, что из наркоза Таня уже не выйдет. Она тоже понимала, на что шла. Лиза была рядом. Ей пришлось задействовать все свои, и даже старые связи Сережи, чтобы бюрократическая машина сработала так, как надо. И понервничать ей пришлось, и помотаться, но оно того стоило. Лиза убедилась в этом, когда взяла, впервые взяла на руки своего… да-да, теперь уже своего сына.

Глава 5

Ярослав и сам не знал, за каким чертом сюда приперся. Просто в какой-то момент ему стало невыносимо оставаться в стороне от Лизы.

И совершенно недостаточно коротких, безликих разговоров с ней по телефону. Серьезного повода для звонка у него не было, а единственный вопрос, который он мог задать – «ты как?», тонул в ее дежурном – «нормально».

И вот он здесь. Может быть, чтобы в том убедиться…

Яр захлопнул дверцу машины. Подошел к красивым кованым воротам и, остановившись у клумбы с подмерзшими астрами, выругался под нос. Нет, он точно придурок! Какой сегодня день? По всему выходило – рабочий, а он явился.

Наверняка Лизы и дома нет. Чем он только думал?

Код домофона Яр набрал скорее для галочки, уже вообще ни на что не надеясь. Но, к удивлению, Лиза ответила, едва тот успел зазвонить.

- Да! – шепнула задушенно.

Ярослав сглотнул. Все же зря он решился на новую встречу. Потому что за время, которое они с Лизой не виделись, его определённо не отпустило. Стоило только ее услышать – и все, сердце опять зашлось. А член выпрямился по стойке смирно, как тогда, когда заплаканная Лиза лежала у него на коленях, а он про себя молился, чтобы та хотя бы не шевелилась.

Ведь если бы она хоть на миллиметр сдвинулась – щекой ощутила бы, как чудовищно, нечеловечески он возбужден. Яр не понимал, что за сумасшествие с ним происходило. Он совершенно перестал себя контролировать. Будто со смертью Серого – единственного препятствия на пути к той, которую Яр любил, все контроли, что он старательно возводил годами верности другу, рухнули.

- Лиз, это я. Открывай.