Медведица

И я жена бизнесмена Дениса Королева, которую несколько месяцев назад он объявил мертвой…"

"Сначала на меня обрушилось молчание, а потом со всех сторон раздались шокированные возгласы и резкими вспышками посыпались десятки вопросов. Я поняла, что Рамиль не предупредил журналистов, о чем пойдет речь на данной пресс-конференции, лишь сказал, что их ожидает сенсация.

Присутствовавшая здесь Диляра потребовала тишины, чтобы я смогла продолжить. И я продолжила, сначала робко, потом все более и более уверенно, а под конец – зло.

Ложь становится правдой, когда лгущий сам начинает в нее верить. Моя ложь была ложью лишь отчасти, а потому мне поверили все.

На следующий день после моего признания Москва взорвалась сенсацией. Жернова, которыми Рамиль решил перемолоть Дениса, завертелись. Без скрежета.

Первый шаг оказался самым трудным, сродни тому, когда ты стоишь на краю проруби в Крещение, мерзнешь и не решаешься прыгнуть. Но стоит совершить этот прыжок, окунуться в ледяную воду с головой, и становится жарко.

Как и предрекал Рамиль, обвинить Дениса в жестоком обращении, побоях и даже убийстве охранника Сергея не представлялось возможным, потому что доказать это я не могла. Но на него и без того свалилось слишком много проблем: ожившая жена, ложное заявление о моей пропаже через несколько месяцев после побега, труп неизвестной женщины, в которой он опознал меня, двоеженство и, как следствие, признание нового брака недействительным.

Мне не довелось встретиться с Денисом ни разу. А вот с матерью пришлось.

Чтобы доказать, что я – это я, провели генетическую экспертизу на установление наших родственных связей, после которой в статусе живого человека меня восстановили быстро. Наверное, можно было бы обойтись и без нее, но мать, не видевшая меня несколько лет, заявила, что ее дочь мертва.

– А это кто, я знать не знаю, – выплюнула она мне в лицо.

Мать выглядела плохо. Она явно много пила – под глазами набухли мешки, лицо обрюзгло и покраснело. От когда-то красивой женщины мало что осталось, хоть она и скрывала свое плачевное состояние за тонной косметики.

От ее слов мне не сделалось плохо, я знала, почему она «знать не знает» меня: деньги Дениса все еще работали; а дыра в моем сердце, образовавшаяся там после предательства самого близкого человека, стала еще больше.

Когда все документы были у меня на руках и я снова была живым человеком, все дела по ведению развода и раздела имущества я передала в руки Василия Сергеевича.