Медведица

При мне не было оружия, лишь небольшой складной нож, который я отчаянно пытался вытащить из кармана. Сделать это было трудно, так как самка придавила меня, почти лишив возможности двигаться. Когда челюсть медведицы клацнула всего в сантиметре от моей шеи – изловчившись, я все же смог перевернуться на живот, – то понял, что мне конец. Самка была в ярости и собиралась до конца защищать своих детенышей. Я не питал иллюзий: в байки о том, что сильный мужик может завалить медведя голыми руками, верят только дурачки.

Меня спас выстрел. Я тут же почувствовал, как медведица стала оседать, и каким-то чудом сумел отползти в сторону, иначе она бы раздробила мне все кости, придавив тушей.

– Живой? – раздался грубый мужской голос, и я, кое-как перевернувшись на спину, наконец увидел своего спасителя.

Вернее, спасительницу. Передо мной стояла маленькая женщина с короткой стрижкой и грубыми чертами лица.

– Ни разу в жизни не стреляла, – призналась она и повалилась на землю.

Видимо, от страха и адреналина она потеряла сознание. Вскоре приехал Авдеич и фельдшер, которым успела позвонить молодая женщина, спрятавшаяся с девочкой в речном домике.

Так я познакомился с Любашей, зэчкой, которая какое-то время жила в наших краях, недалеко от моего дома, а мой дед общался с ней, когда еще был жив. Но сам я ни разу не пересекался с ней до того происшествия.

"Случай этот произошел уже в то время, когда Любаша уехала из наших краев и приезжала изредка с повзрослевшей дочерью. В тот раз они прихватили с собой и племянницу, ту самую девчонку, которая чуть не попала в лапы разъяренной медведице.

Мог ли я после такого отказать Любаше в просьбе помочь Тае? Нет, не мог. Был уверен: Любаша за плохого человека не просила бы.

– 37–– А я думала, ты мне расскажешь историю о том, как ты и правда завалил медведя голыми руками! – улыбнулась я.

– Ну я мог бы приврать, чтобы в твоих глазах выглядеть настоящим богатырем, – засмеялся Степан. – Но зачем?

И правда, это было совсем не нужно. Он и без приукрашивания выглядел в моих глазах героем. Теперь понятно, почему Любаша все время говорила мне, что я могу положиться на Степана во всем.