Медовый месяц с чужой женой

— Валери, оставь нас, — сдержав гнев, спокойно попросил я хозяйку салона. — Найди маленькое черное платье. И туфли к нему. Свободна.

Женщина она серьезная, подбирала мне костюмы самых удобных моделей, а вот женскую одежду мне у нее выбирать не приходилось. Я не любитель этих тряпок, но сейчас, глядя на застывшую Полю, что прижимала к груди какой-то наряд, я не смог сдержать улыбки.

— Что в моих словах «не брать белье» ты не разобрала? — подошел ближе и поддел бретельку.

— Ты хищник, Макс, — внешне спокойно отозвалась она и посмотрела на меня большими голубыми глазами, в глубине которых плескался страх и ненависть.

 — Если я буду вести себя, как затравленная мышь, ты меня сломаешь. А я хочу уйти от тебя высоко подняв голову, даже если от чести моей останутся лишь лохмотья.

Почему она такая? Почему вызывает и желание взять силой, и отступить?

— Не забывай, мышка, что я плачу за этот маскарад, — я встал за спиной и глянул в зеленоватые глаза в отражении большого зеркала. — Снимай. Или я это сделаю.

Примерять домашнюю одежду нет надобности, а платье ты наденешь на голое тело.

На её бледной коже выступила мелкая россыпь «мурашек», отчего меня бросило в приятный жар, а на моем лице появилась звериная улыбка. Да, я хищник, как же ты права, По-ля. Подцепив эластичную черную ткань пальцем, завел руку вперед и сжал вишенку соска, что дерзко уперлась в кружево и коснулась моей кожи.

— Иди в примерочную, — проговорил я сипло и качнул головой.

— Незачем идти в примерочную, — глядя через зеркало прямо мне в глаза, сухо возразила она.

Противоречит? Мне? — Платишь за маскарад? Отлично. Я принимаю правила игры и надеваю маску. И бельё. А решение за тобой: рвать его, снимать или остаться человеком. Я вижу, что ты привык покупать то, что вдруг захотел, Макс. Но позволь тебе открыть маленькую истину: там, где не покупают — не продают. Если нет маскарада — незачем носить маски. За пределами денег начинается то, что называется свободой. Я не жду, что ты поймёшь. Но мне хочется верить, что когда-нибудь ты перестанешь покупать то, что тебе не нужно. Я всего лишь лишь кукла на месяц, это правда. Но зато я могу сказать то, на что никогда не осмелятся другие, — она порывисто вдохнула: — Мне от тебя ничего не нужно.

Она меня и злила, и возбуждала. Сумасшедший коктейль. И почему-то хотелось играть дальше, заходить за грань и водить ее по краю. Это даже больше заводило, чем я думал. Круче рискованной ставки, круче брошенных на ветер миллиардов.