Медовый месяц с чужой женой

Неужели по любви за Витеньку пошла?

— Я ещё зубы не чистила! — со злым пыхтением заявила девушка.

— Я эту фигню переживу, — с силой развел ее бедра и провел свободной ладонью по внутренней стороне. Выше, выше, выше…

Она судорожно втянула воздух и дёрнулась так резко, что едва мне лбом нос не разбила. Но вырваться девчонке, разумеется, не удалось. Она сдула упавшую на лицо прядь волос и прошипела:

— Я в туалет хочу. Очень сильно!

— Ладно, — отпустил ее, приподнялся и подал руку. — Вместе пойдем, я тоже хочу.

— Зачем? — посмотрела она настороженно. И с надеждой уточнила: — В доме несколько туалетов?

— А мне так хочется, — я растянул улыбку, а сам оценил, как натягивается ткань её футболки, выделяя упругие соски. Хороша женушка, только вот ведет себя странно, как для банальной сучки.

— Тогда я подожду, — она поспешно отошла и, усевшись на кровать, сложила руки на груди. Кивнула: — Уступаю очередь.

— Идешь со мной или будешь терпеть, — я скрутил руки на груди, копируя ее закрытый жест, и вытянулся во весь рост, расправил плечи, отчего стал похожим на тролля возле мышки.

— То есть, — побелела она. — Ты хочешь, чтобы я это сделала… — Глаза её округлились: — В туалете?!

— У меня большая ванна, По-ля, там есть и туалет, и джакузи, и даже гардеробная. Вот где пожелаешь, там и развлечемся.

— А если я не хочу развлекаться? — вдруг с вызовом спросила она. — Я хочу посетить туалет и нормально поесть! Я не ела больше суток.

Словно в подтверждении её слов забурчал и мой живот.

— Р-р-р… Ладно, же-на! Уговорила. Иди уже, жду тебя через семь минут на первом этаже. Опоздаешь — будешь наказана, — усмехнулся и, когда девушка попыталась уйти, дернул ее на себя. — Хорошенько почисти свой порочный ротик, мне может приспичить и в магазине, куда мы сейчас поедем.

Она гулко сглотнула и, вырвавшись, пулей побежала к белой дверце. Я только успел рот открыть, как она уже распахнула её и врезалась в край ажурной полки.

— Гардеробная, — пробормотал я. Поля, держась за лоб, метнулась в другую сторону, где белела ещё одна дверь. — Ага. Там.

Неуклюжая, дерзкая, ядовитая на язычок. Шлюха? Кхм…

Что-то тут не складывалось, а еще меня не отпускали ее слова, когда она пыталась успокоить Витеньку, урода мелкого, что они обойдутся и без папиных миллиардов.

Ну, что ж, вот сегодня и проверим, какая она падкая на деньги.