Медовый месяц с чужой женой

Пусть перестанет становится человеком!

Открыла глаза и посмотрела на противоположную стену. От увиденного ноги подкосились, а по позвоночнику заструился холод ужаса. Что это?!

Едва справившись с дрожащими коленями, я, с трудом переставляя ноги, побрела к огромному, на полстены, рисунку. Протянула руку и прикоснулась к мягкой пористой поверхности: в похожий на твёрдую губку материал были воткнуты короткие блестящие железными рукоятями ножи. Сотни ножей! Я потянула на себя один из них, и тот легко поддался. Поразившись остроте смертоносного оружия, я невольно попятилась.

Нож, выпав из ослабевшей руки, со стуком воткнулся в пол. А у меня будто камень в желудок провалился, когда я вновь посмотрела на изуродованное изображение седого мужчины с мрачным взглядом, за руку которого цеплялась улыбающаяся красотка немногим старше меня.

Ножи были воткнуты в грудь, глаза, рот не только мужчины, но и девушки. И, судя по тому, что «губка», на которую нанесено огромное изображение, была вся истыкана, кто-то отчаянно ненавидел пару.

Я не знала, кто эта женщина, но вот мужчина напоминал…

— Шокирована? — послышался тихий голос за спиной.

Глава 44. Поля

Я подавила первый порыв броситься наутёк: Макс, как оказалось, отлично справляется с метательным оружием. Смысл бегать? И нельзя показывать зверю страх. Медленно выдохнула и повернулась к монстру.

— Это Дорогов? — спокойно уточнила я, заметив очевидное сходство с Витей."

"Раньше я не следила за новостями, которые не касались дел приюта, поэтому и не узнала Виктора, когда встретила его у психбольницы.

Сейчас мне было жаль, что начав встречаться, я не заинтересовалась его семьёй. Казалось, что Витя уже самостоятельный мужчина, который может сам решать свою судьбу. Как же я была слепа! Но не время заниматься самокопанием.

Макс не ответил, смотрел пристально, словно ждал чего-то. От него шли ощутимые волны ярости, или гнева. Мужчина давил аурой, заполнял собой пространство, будто одно то, что я смотрю на изображение Дорогова, его доводило до бешенства.

Я же, не выдержав взгляд монстра, отвернулась и немного отступила к окну, желая как можно скорее сменить тему. Увидела на изящном столике темную папку и, заметив сверху фотографии, проговорила через плечо:

— О! Это же Токио? Давно хотела там побывать.

Макс оттолкнулся от косяка, будто хотел остановить мое любопытство, но, передумав, снова привалился к стене, продолжая буравить меня странным взглядом. Кожу жгло, казалось, монстр касается, раздевает глазами.