Жертва 2117

Но связь прервалась.

– Ты успел поговорить с Харди, Карл? – спросила Роза, налив чашку крепкого кофе для Гордона, который, понурившись, сидел в уголке. Маркус Якобсен в этот раз не очень высоко оценил его работу.

Карл пожал плечами: ну вот про это он забыл."

"Он вынул мобильник, и, пока ждал, что его беспомощному другу помогут ответить на вызов, Гордон, обхватив кружку дрожащими руками, прихлебывал кофе.

– Это тяжело для нас всех, Гордон, но тебе придется сохранять спокойствие, – попыталась утешить его Роза, потрепав по голове.

– Привет, Харди, это Карл. Мне очень жаль, что в последние дни мы не разговаривали, но…

– Я понимаю, Карл. Роза рассказывала, я все знаю. Успокойся.

– Через минуту я еду в Каструп, чтобы лететь в Берлин к Асаду. Сожалею, что ваша поездка в Швейцарию была не очень удачной. А что вы теперь делаете, Харди?

Тот вздохнул.

– Да, вышло не совсем так, как мы планировали, но мы разберемся. К сожалению, это вопрос денег, как всегда. Нам не хватает почти полмиллиона крон, чтобы сделать операцию.

– Полмиллиона? – Карл посмотрел в пространство. Даже если он убьет родителей, его часть наследства не покроет половины этой огромной суммы. – Если бы я был в состоянии помочь тебе, Харди…

Тот поблагодарил. В этом нет нужды.

Карл опять почувствовал, как у него засосало под ложечкой. Было так много всего, что он хотел бы сказать, попросить прощения. Харди, Анкер и он попали в засаду много лет тому назад.

– У тебя сейчас полно других проблем, Карл, не тревожься обо мне. – Харди пару раз кашлянул. Кашель был не очень хороший. – Но одну вещь тебе сделать придется, когда ты вернешься.

Он намекал, что у Моны могут быть осложнения? Они разговаривали с ней час назад. Она сказала, что хорошо поспала, все стабильно. Нет, не может этого быть.

– Опять выплыло наше старое дело, Карл.

Карл облегченно вздохнул:

– Ах, это? Ты легко можешь ответить сам.

– Нет, не думаю. Они хотят поговорить с тобой. Видимо, вскрылись какие-то новые обстоятельства, и они хотят услышать твой комментарий, я не знаю подробностей.

Карл покачал головой. Странно. Этому делу двенадцать лет, и за все это время ничего не происходило. Почему сейчас и, вообще, кто эти «они»?

– В Слагельсе были следователи?

– И да и нет.