Жертва 2117

Отец, уж конечно, рассвирепеет, но что он может сделать? Поцарапать лак на двери?

За серыми шторами Александр видел слабый свет начинающегося дня, а за дверью родители следовали своему обычному утреннему ритуалу с шарканьем шлепанцев, криками друг на друга, стуком всяких предметов. Через десять минут они уйдут, наступит тишина, он выйдет и возьмет себе отцовский лэптоп, который стоит в его кабинете, подсоединит к винчестеру, клавиатуре, мыши и экрану и продолжит свою игру. Как только система наберет обороты, он добьется всех запланированных побед.

– Александр! – крикнула мать в коридоре. – Я ухожу. Поеду на конференцию в Лугано, ты знаешь. Как всегда, я положила полуфабрикаты в морозильник для тебя и для папы. И вот еще! Сделай мне в виде исключения подарок: выходи, когда меня не будет, ладно? Я буду рада.

Лугано! Александр хмыкнул. Еще одна причина, по которой он ненавидел этих лицемеров. Годами она устраивает этот номер с конференцией, и отец в такие дни практически не бывает дома. Почему они не могут просто сказать, что трахаются с другими? Он их ненавидел.

Александр приложился ухом к двери: не слышно ни звука. Отец, видимо, уже ушел, но на всякий случай Александр подождал еще десять минут, потом снял стальной трос с радиатора центрального отопления.

В коридоре еще больше, чем всегда, пахло мерзкими духами и обманом. Ему стало тошно. Ничего, скоро со всем этим будет покончено, но сначала нужно завершить игру и добраться до номера 2117.

И вот уж тогда его увидят все.

Обычно он сначала завтракал, опорожнял горшок и так далее, но мысль о том, что могут возникнуть проблемы с переносом компьютера, заставила его пройти мимо кухни прямо в кабинет отца.

Секунду он постоял перед отцовским письменным столом, пытаясь сообразить, что делать, если с этим компом ничего не выйдет. Примерно год тому назад один из его компаньонов в Бостоне столкнулся с подобной проблемой в какой-то игре, которой был занят несколько лет. Когда компьютер сгорел, этот чертов идиот впал в ступор и объявил, что покончит жизнь самоубийством.

"Александр покачал головой: это попросту глупость и бессмыслица. Самоубийство, ха! Ну уж нет, когда придет такой час, нужно будет прихватить с собой в ад побольше людей.

Только он отсоединил провода, как над письменным столом возникла тень и кто-то железной рукой вцепился в его плечо.

– Ну вот я и поймал тебя! – резко сказал хорошо знакомый ему голос.

Он не успел обернуться, как отец стал его трясти, как жалкого сосунка.