Мажор по соседству. Сердце на куски

Да и он его почти сразу выплюнул.

Угу.

Ну никто как бы и не сомневался, что его «знакомые» большим интеллектом не отличаются. Да и маленьким, кстати, тоже. Надо же додуматься животному шоколад пихать, блин! Если уж у людей из-за сладкого частенько со здоровьем проблемы, то что говорить про псов? У них вообще пищеварение крайне чувствительное.

— Стоило сразу ехать в клинику, а не ко мне бежать, Егор. Я все же не профи и только первый курс академии закончила, могла бы вообще оказаться бесполезной. Ты сильно рисковал, обратившись в первую очередь ко мне, ведь содержащийся в какао-бобах метилксантин теобромин является ядом для собаки, — поднимаюсь с колен и окидываю парня крайне суровым взглядом.

Ловлю на себе до жути странный взгляд мажора, но решаю не обращать на него внимания. Пусть хоть все свои гляделки сломает – плевать. Я так уже давно решила и в воздухе переобуваться не собираюсь. Мое сердце спокойно бьется за ребрами.

Спокойно, я сказала!

— Хорошо, — он тащится за мной по пятам.

Я ничего ему не отвечаю. Просто слегка киваю в ответ головой. Ничего личного, это ради Куки. По-прежнему не перевариваю своего соседа. Ненависть с каждым днем только крепчает и увеличивается в геометрической прогрессии.

Но сейчас не об этом, да?"

"Беру свой рабочий чемоданчик и возвращаюсь к невыносимому гоблину из квартиры напротив. Концентрируюсь исключительно на Куки. Песель дышит тяжело, смотрит на меня жалобно-жалобно.

Но может это мы, женщины, вечно на панике, а Егор все же мужчина и просто не привык демонстрировать в открытую свои истинные эмоции. Это только в лифте он целоваться с куклами мастак, а так…

Сволочь!

Так, Ляля, фу!

Переключаюсь на Куки.

Промываю псу желудок, вливая в пасть раствор, состоящий из воды и перекиси, один к одному. После делаю клизму, чтобы окончательно вывести все токсины из организма и заканчиваю уколом инъекции пиродоксина.

Ну всё, тебе уже получше, да, мой хороший?

Глажу его по кудрявой кремовой шерстке. Глазки мальтипу сейчас блестят, исчезла пугающая тусклость, но он все еще очень слаб и только вяло лижет своим шершавым языком мою ладонь.