Мажор по соседству. Сердце на куски

Улыбался.

И смотрел прямо на меня.

Глава 14 - Штормит

Ляля

— Он мне сегодня снился, — вдруг выпаливаю я, хотя совершенно не планировала этого делать.

Против воли слова сорвались с губ. А я просто сижу и в полном ступоре смотрю на лучшую подругу. И вообще не понимаю зачем я все это произнесла.

Реально дура!

— Кто?

— Сосед, — бесшумно, одними губами произношу я.

— Ну, я не удивлена вообще-то, — отмахивается Акси, — ты так его ненавидишь. Давай, вещай. Хочу узнать, как ты убила и расчленила этого отбитого увальня.

— Я его не убила, — качаю головой и жмурюсь изо всех сил, прогоняя картинки из сновидения.

— Нет?

— Нет. И не расчленила.

— Оу...

— Аксинья, — кусаю губы, а потом почти залпом выпиваю стакан холодной воды, что стоит на столе.

— Ну? Не томи, Ляль!

— Я с ним целовалась, — и от этих слов у меня даже живот крутит, так мне стыдно за себя и свои сны.

— Чё?

— По-взрослому, — киваю я и сглатываю.

— Ась?

— С языком, — втянув голову в плечи, все-таки призналась я.

— Ах!

— Ох!

— А зачем?

— Откуда мне знать зачем, Аксинья? — взрываюсь я. — Я сама в шоке, знаешь ли!

— Рассказывай, — сложила она предплечья на стол и уставилась на меня как на седьмое чудо света.

Блин. Надо было смолчать. Тут всего и не расскажешь же...

— Ну... мы были в лифте, — начала я несмело.

— Так.

— Я, значит, стою у одной стены. А Егор этот придурочный у другой. И мы смотрим друг на друга. У меня почему-то колени трясутся. А этот припадочный дышит так, как будто кросс осенний на два круга пробежал.

— Ага, — кивает Акси и шумно отпивает свой коктейль из высокого бокала, — а дальше что?

— А дальше он делает ко мне шаг.

— Ой!

— Да! Делает. А за ним еще один, пока не подходит ко мне вплотную.

— У-у-у!

— А в следующую минуту кабина дергается и замирает.

— Мама!

— Его руки обвиваются вокруг моей талии, и ненавистный сосед стискивает меня в своих объятиях.

— Да, да! И потом целует, да?

— Да!

— Гад!

— Не то слово! Язык свой мне в рот засовывает.

— Ах, какая пакость, — кривится Аксинья.

— Ужас просто! — передёргиваю плечами, но вдруг замираю на мгновение, пытаясь понять, что творится у меня внутри.

И где моя привычная и уже родная ненависть к этому мажору? Ах, вот она. На месте. Продолжаем!

— Ну и дальше. Сосед мой руками меня своими загребущими лапать начинает, пока его язык шурудит у меня во рту. Основательно так шурудит.