Меч ислама

Тут же ослабив хватку, Просперо положил бесчувственное тело на палубу.

На мгновение он опустился на колени, чтобы удостовериться, что капитан еще жив. Затем быстро снял капитанский пояс и меч, развязал и снял плащ, а перевязью стянул руки жертвы за спиной. Он подтащил Ломеллино к зияющему люку. Вставлять капитану кляп он не стал: на это ушло бы слишком много времени, а Просперо не мог мешкать. Нужно было воспользоваться беспамятством капитана. Он бережно спустил тело по ступенькам, и обмякший Ломеллино остался сидеть у основания трапа.

Закрыв люк, Просперо схватил плащ и портупею капитана, накинул плащ на плечи и уже на ходу застегнул пряжку портупеи.

Все нападение от начала до конца заняло не больше трех минут.

Надсмотрщик, дожидавшийся на нижней палубе, увидел высокую фигуру в плаще и плоской шапке, вышедшую из каюты и лениво спускающуюся по ступенькам. Алый плащ сверкнул в свете фонарей. Одна его пола закрывала нижнюю часть лица Просперо.

Надсмотрщик шагнул к нему.

— Все готово, капитан.

— Тогда — вперед, — произнес приглушенный голос. Взмахом руки Просперо приказал надсмотрщику следовать за ним. Тот спустился по кормовому трапу в баркас и взялся за румпель. Просперо занял место рядом с ним. Надсмотрщик ждал.

— А мессер Просперо? — поинтересовался он.

— Отчаливай! — послышалась из-под плаща резкая команда. Если все это и показалось надсмотрщику странным, он почел за лучшее воздержаться от замечаний.

Баркас оттолкнули от борта галеры, весла вставили в уключины, и суденышко направилось к берегу.

Примерно на полпути, менее чем в четверти мили от галер Филиппино, кормовые огни которых были едва видны в ночи, человек в плаще потянулся и схватил лежащую на румпеле руку надсмотрщика.

— Поворачивай! — раздался приказ.

— Поворачивать? — переспросил надсмотрщик.

— Делай, что велят. И поживее.

Он опустил плащ. Лицо его казалось просто серым пятном в темноте, но что-то в его форме, возможно, отсутствие бороды, заставило надсмотрщика податься вперед и вглядеться внимательнее.

Он тут же с проклятием вскочил на ноги, в точности исполнив то, что нужно было Просперо. Стоящего гораздо проще столкнуть за борт, и надсмотрщик немедленно туда полетел, не успев произнести и слова. Изумленные рабы побросали весла.

Просперо, уже стоящий там, где еще мгновение назад был надсмотрщик, изо всех сил навалился на руль.

— А теперь гребите, ребята! — воскликнул он. — Гребите к свободе. И гните спины так, как еще никогда не гнули.