Мазутка. Портфолио умершей банды

Гарика сдали сосед Сидора и Тамара, а фотографии, напечатанные в газете, были взяты из альбома, который находился в его квартире. Значит, и квартира засвечена… – Вы теперь в розыске, – сказал Кира. – Так что я вам не советую тут особо права качать. Это вам не Россия, здесь все по-другому. Здесь рэкет не пройдет. И теперь от меня зависит, поделюсь я с вами или не поделюсь. Ладно, пацаны, давайте сделаем так. Я скажу вам честно – денег я вам не дам. Эти деньги серьезные. И за ними стоят серьезные люди, покруче, чем ваши Антон с Илюхой.

– Что значит якобы? – спросил Володька.

– Это был спектакль для вас. Я с «чехами» в доле. Мы задумали этот наезд, чтобы с вас соскочить.

– С нашими общаковскими бабками? – спросил Володька.

– Здесь дело не в бабках, за мной стоят очень серьезные люди, повторяю. Если нужно, я их подтяну, и они с вами побазарят на вашем языке, хотя они совершенно из другой организации.

– Из «конторы», что ли? – спросил Володька. – Чихали мы на твои конторы и спецслужбы!

– Значит, я предлагаю вам такой вариант. – Кира пропустил слова Володьки мимо ушей. – Я каждому по сотке дам, и вы спокойно исчезнете. Это реальные деньги в реальной ситуации. Все остальное… – Кира развел руками, давая понять, что больше он не даст. – Думайте, решайте!

– А сотку когда можешь прислать? – неожиданно спросил Володька.

– Давайте завтра подъезжайте, в это же время.

– Нет, мы на виллу придем, – сказал Володя. – Все, Кира, прощевай, до завтра. А газетку мы с собой заберем. И еще вот что – давай без глупостей, иначе… Ты меня понял?

Кира кивнул.

Вскоре ребята покинули виллу.

– Ты считаешь, что я зря на сотку согласился? – спросил Володька у Гарика, когда они вышли за ворота. – А что было делать? Пусть сначала сотку нам даст, а потом мы его дальше раскрутим.

– Полицейским, – поправил его Гарик.

– Какая разница!

– А этим что говорить будем, Гусю с Сиротой?

– Скажем все как есть.

Через несколько минут ребята уже стояли на площадке. Володька рассказал о встрече, только умолчал о газете, в которой были напечатаны их фотографии.

Гусь понимающе кивал.