Мажорный поцелуй

— Блин! И надо мне было сорваться тогда. На хрена я тот кирпич кидал? — Маркел грустно посмотрел на дно бокала и допил остатки пива. — А ведь все можно было тонко провернуть. А теперь где я достану эти деньги для Яны? А ведь ей слово дал, пообещал, что все будет в порядке. Как я ей в глаза теперь посмотрю?

— Да-а. Фиговая ситуация, — грустно произнес Ржавый. — А эти папаша с сынком — те еще мрази. Мало того, что отмазались от ментов, так еще и их же вызывают, зовут на помощь. Будь моя воля — я бы таких расстреливал.

— Вот что выходит, когда у тебя деньги и влияние. Тогда тебе все нипочем. И сынка можно вытянуть из любой передряги. Да и у него самого, думаю, рыльце в пушку, — сказал Дикий, поднялся из-за столика и заказал бармену еще три пива.

— А что, если этому Антону джип сжечь? Типа, предупредить, что лучше пусть заплатит, иначе разговор будет короткий, — предложил Ржавый.

— Или вывезти его в лес, припугнуть хорошенько. Скажем, привязать к дереву, завязать глаза, пульнуть в воздух, чтобы обделался.

— Стоп-стоп, пацаны. Притормозите! Ничего подобного делать не будем. Он же сразу нас сдаст. А если и не сдаст, то менты сами поймут, чьих рук дело. Все в районе знают, что Яна — моя девушка. Первая же «шестерка» шепнет ментам — и все, считайте, что я уже за решеткой. Оставим пока что в покое этого подонка. Тут нужно что-нибудь другое придумывать.

— О, Маркел, смотри. Тот самый Коровин-старший, — Ржавый показал пальцем на телевизор над барной стойкой.

На экране известный депутат сидел у кровати Яны. После появилось лицо начальника ГИБДД. Из его комментария выходило, что водитель, сбивший девушку, уже установлен. И назвал имя и фамилию Маркела. Из заявления следовало, что Маркел сбил ее намеренно, из ревности. А на место происшествия вернулся, чтобы ввести правоохранительные органы в заблуждение. Теперь же сбежавший с места ДТП преступник объявлен в розыск.

В баре воцарилась тишина.

— Что он говорит? — возмущенно сказал за столиком в углу мужик своему собутыльнику. — Чтобы Маркел покалечил Яну?! Да я его с детского сада помню.

— Ага, Саня. Он сам кого угодно завалит ради нее.

Немногочисленная публика, сидевшая в баре, зашушукалась. Все были возмущены заявлением полицейского начальника.