Матабар (СИ)

Арди видел существ странных и красивых, он видел растения, что не могли существовать нигде, кроме как в его снах и фантазиях. И даже камни и скалы, снега и льда, вдруг померещились ему живыми… живущими."

"Как если бы… если бы, то что ему казалось пусть и красивым, но простым и обыденным, вдруг задышало чем-то из старых дедушкиных сказок. Чем-то, что имело таинственное, в чем-то жуткое, но такое интересное название — волшебство.

— Все что ты видишь вокруг — твоя земля, — барс опустил мальчика себе на плечи.

И Арди сделал это.

Он вдохнул снег и лед, он услышал ветер и камни, он вспомнил сказания дедушки и странные слова, что тот иногда произносил. И что-то внутри мальчика проснулось. А может, оно и не спало вовсе.

Где-то глубоко внутри, под слоем ненужных слов и пустых речей.

Боль отступала

А вместе с ней и чернота плоти.

Нет, Арди все еще ощущал холод, заигрывающее покусывающий его то тут, то там. Но он больше не душил его, не грыз обезумевшим псом. Мальчик вдруг почувствовал легкость в теле — словно если бы перед ним была чурка, на которой отец колол дрова, он бы легко её перепрыгнул, а случись ему по необходимости добраться на другой берег ручья — то вместо моста, он бы просто его переплыл.

— Ступай, маленький охотник, — прошептал Эргар, опуская мальчика на снежный настил. — Сделай свои первые шаги.

Арди сперва с опаской опустил ноги на рыхлый снег, ожидая что тот снова вопьется ледяными клыками в его кожу, но… этого не произошло. Холод стал сильнее, но далеко не таким, чтобы мальчик его испугался.

А тело, такое легкое и быстрое, шагая по вершине пика, лишь едва заметно погружалось в снег, оставляя за собой почти неразличимую вереницу следов.

Мальчик засмеялся.

Он бегал, прыгал, перескакивая через каменные гребни, и, порой, падая, катался по снегу, ставшему ему таким же родным, как и высокая трава у отчего дома. Иногда он поднимался на ноги и, смешно зашипев, кидался в Эргара снежными комьями.