Матабар (СИ)

Арди же, закончивший, наконец, с, кажется, третьей тарелкой ужина, довольно растекся по стулу. Да, он не узнал от этих ребят ничего, что касалось бы Звездной Магии или Метрополии с Большим Университетом, зато…

Надо же, сидя в пыльном классе Эвергейла, он никогда не размышлял о тех вещах, что так пылко и рьяно обсуждали Крис с Борисом.

Для него истории о вечных распрях на границах с Фатией и Армондцами всегда звучали сродни данности. Да, есть общие границы. Да, там время от времени вспыхивали конфликты, самый крупный из которых произошел лет тридцать назад назад, когда совокупные потери Фатийцев и Империи составили почти одиннадцать тысяч человек (в учебниках она именовалась «Малая Война», а в народе — «Фатийская Резня»).

Тогда, если верить учебнику истории, дело действительно едва не дошло до войны, но все решилось дипломатией.

Вот только и до этого и после на этой границе постоянно возникают трения. И, в целом, ежегодно там гибнет с обеих сторон не меньше тысячи человек. Из-за этого отношения Фатии с Империей даже называют « горячим миром».

Но Арди никогда не задумывался, почему не начинается война. Для него вообще слово «война» существовало только в учебниках по истории и в дедушкиных сказках. А здесь…"

"Как и в случае с рассказами Марта, спор Бориса и Криса заставили Арди взглянуть под другим углом на то, что прежде ему казалось простым и понятным. А мир, из чердака шерифского дома Эвергейла и предгорий Алькады, вдруг вырос до невероятных размеров, где названия стран не просто символы на карте, а что-то действительно живое и настоящее.

Разговор как-то сам собой затух и, вскоре, Ардан уже тащил на спине что-то невнятно мямлящего Бориса до их, с Леном, комнаты. Не потому, что сильно хотел, а просто чувствовал себя обязанным. Все же они договорились, что ужин в обмен на истории о степях (которые Ардан все равно собирался несколько переиначить, но… об этом их, как учил Скасти, договор не уточнял), а он так ничего и не успел рассказать.

Удивившись тому, каким неожиданно легким оказался дворянский отпрыск, Ардан положил его на кровать и прикрыл шерстяным одеялом.

Надо же, а у них в комнате такого не нашлось.

— Спасибо, — поблагодарил Лен.

Ардан кивнул, после чего порылся в кармане и достал оттуда небольшой сверток и протянул брату-сестре Бориса.

— Что это?

— Для чая, — объяснил Арди. — ты когда голос коверкаешь, то горло дерешь. А это поможет. Не будет болеть и сипеть не станешь.