Матабар (СИ)

Ардан достал из седельной сумки учебник незнакомца и на секунду вновь задумался, кто мог написать этот труд, если уж Март сказал, что для своего времени печать Щита являлась весьма прорывной.

В том школьном учебнике, что Март в начале их знакомства так щедро подарил, Арди не нашел ничего, что сколько нибудь бы его заинтересовало. Там объяснились те понятия, которые Атта’нха рассказала своему ученику в первую же неделю. Причем куда как более… объемно, наверное.

Так что за неимением альтернативы юноша открыл следующую главу и продолжил чтение.

* * *

До самого вечера, пока не стемнело настолько, что уже невозможно было безопасно двигаться по размытым дорогам, караван не сбавлял скорости. Арди, привычный к седлу, все это время провел за чтением.

Когда же пришло время становиться на привал, то к нему подъехал Йонатан и распорядился встать в дозор на первые три часа.

Учитывая, что приходилось разжигать костры, чтобы согреться от пронизывающего ветра и приготовить еды, то необходимость в дозорных являлась вопросом выживания.

Свет от костров, особенно в безлунной ночи, было видно за десятки километров и если зверье он отпугивал, то вот бандитов…

— Смотри в оба, — приказал Йонатан тоном чуть более беспокойным, чем обычно.

— Что-то не так? — напрягся Ардан.

Плащ только сплюнул, дернул поводья и направил лошадь в другую сторону.

Арди поднялся на очередную земляную волну (караван всегда старался вставать вокруг возвышенности в виде холма или широкого бугра, чтобы в случае чего иметь возможность на неё подняться) проводил взглядом главу отряда и заметил, что тот расставил дозорных по периметру всего лагеря, задействовав не только Плащей и маршалов, но и переселенцев из числа тех, что неплохо себя показали во время охоты на Шагальщика.

Они широким кругом, оставляя между собой едва ли не по пять сотен метров, распределились вокруг лагеря парами и тройками. Один только Арди остался стоять в одиноч…

— Хороший вечер, да, ковбой?

Он обернулся и увидел подъезжавшую к нему Эллини.

Под светом ярких звезд, в переливах полной луны, то и дело выныривающей из-за облаков, она выглядела… странно. Грубые черты лица, шрамы и обветренная кожа, немного мальчиковая фигура без ярко выраженной талии и грудь, надежно спрятанная под плотной курткой.

И все же было в ней что-то пьяняще завораживающее.