Матабар (СИ)

Наоборот — был лишь рад тому, что родные оказались избавлены от подобных тягот.

А уж он, взрослый охотник, опозорил бы хвосты своих наставников, если бы стушевался перед трудностями.

— А если, вдруг, не повезло попасть на бюджет, и ты взял кредит в банке на учебу? — на этих словах лицо Марта словно постарело на несколько лет. — Я закончил Большой, здоровяк, уже почти как двадцать четыре года. А кредит выплатил… дай-ка подумаю… ну, чтобы не соврать… лет девять назад. Может десять.

— Сурово, — согласился Ардан.

— Не то слово, Ард, не то слово, — выдохнул Борсков, но затем снова беспечно улыбнулся. — Есть, конечно, везунчики. Договор с какой-нибудь Гильдией заключившие или с дворянским родом. С армией, опять же, но такие, обычно, попадают на военный факультет, а там вообще отдельная история."

"Ардан решил не уточнять, что именно за отдельная история с военным факультетом, так как не хотел рисковать хорошим настроением Марта. Если того начать засыпать вопросами, то можно, в итоге, оказаться и вовсе без ответов, потому что маг попросту устанет и пойдет либо спать, либо пить, либо зароется в многочисленные карты и книги.

— Ну и, разумеется, есть и родившиеся с серебряной ложкой в заднице и голубой кровью в жилах, но если бы кто-то из нас к таковым относился, то мы бы сейчас не сидели бы с тобой в этой забытой Светлоликим глуши и не вели бы разговор о том, как пусты наши карманы, — подытожил Март.

Они на какое-то время замолчали, смотря на лагерь со своего небольшого возвышения в виде давно уже стесанного ветрами и дождями холма.

Маршалы и Плащи стояли в стороне от всего происходящего, а Цасара, в свою очередь, вообще отдельно. Она единственная, кто почти никогда не спешивалась и всегда находилась в седле.

В эти редкие мгновения её обычно кукольное, не выражающее эмоций лицо вдруг обретало оттенки человеческих чувств.

— Печать-то покажешь? — спросил, через несколько минут, Март.

Борсков, пару дней назад, попросил показать любую, пусть даже самую простую, из печатей, что Ардан почерпнул из того учебника, по которому учился Звездной Магии.