Матабар (СИ)

Мальчик встал рядом с ней. О Светлоликий, они поровнялись в росте! Она, конечно, госпожа весьма невысокого роста, но все же не настолько, чтобы смотреть глаза в глаза ребенку."

"Все так же демонстрируя ногти, мальчик убрал руку за пазуху, откуда вытащил несколько ягод, какие-то опилки и пару сушеных цветков. Он зачерпнул снега, подышал на него, дождался пока растет, а затем закинул в рот пригоршню и запил талым снегом, тщательно прожевал и выплюнул на ладонь.

Содержимое выглядело неприятно, покрытое слюнями, да и пахло… ну вот пахло, на удивление, заманчиво.

— Ешь.

— Что?

— Ешь, — мальчик показал пальцем на свой рот, а затем на её. — Ешь. Если не ешь духи будут приходить. Будут брать ты с ними. Идти тропами не для глаз. Но если хотеть…

Ребенок пожал плечами и уже собирался выкинуть склизкую кашицу.

— Стой! — выкрикнула она, после чего дрожащей рукой, сама не зная, зачем, взяла «угощение» и, зажмурившись, закинула в рот и проглотила не жуя.

Сперва ничего не происходило и она подумала, что это была какая-то дурацкая шутка, но уже вскоре начало происходить что-то странное.

Мурашки промаршировали вдоль затылка — она снова чувствовала пальцы на ногах, а уши не грозили вот-вот отвалиться. Каждый удар сердца разносил тепло из живота все дальше по телу и вскоре она ощущала себя если не как в погожий весенний день, то как-то похоже.

— Что это?

Мальчик открыл было рот, чтобы ответить, но подумал, улыбнулся и коротко сказал:

— Твой язык — я не знать говорить нет ложь.

Светлоликий, если бы не частое общение с иностранцами, включая выходцев из островных государств, она бы точно не поняла ни слова из речи ребенка.

— Спасибо, — поблагодарила она, но пистолет так и не убрала.

Парнишка светился не хуже уличного фонаря, явно радуясь тому, что смог помочь.

— Где твои родители, мальчик?

Ребенок нахмурился.

— Родители? Арди нет родители. Есть учитель. Есть много друг. Родители — нет.

Вечные Ангелы! Она слышала истории о том, что бывали такие дети, которых растили звери. Это случалось по разным причинам. Потерянные в лесу, или оставленные там бедняками, но это единичные случаи, обычно попадавшие на заголовки желтой прессы.