Маски сброшены

Спящая Грета была похожа на какое-то неземное существо — робкая улыбка на розовых губах, облако золотых локонов, в которых заблудились лунные лучи и фарфорово-бледная кожа. В руках спящая красавица сжимала цветок. Тот самый, который создал он.

«Она тебя любит, некромант», — промурлыкал дорф. — «Не понимаю, почему».

Алистеру стало как-то иррационально обидно — что значит, не понимаю? Он, конечно, чудовище. Но Грета-то то о нем не все знает, вот и любит.

«Слабый самец и дом не защитишь», — добил некроманта дорф.

— Ты жив, меховушка, только потому что с ней связан, — процедил Алистер.

«А разве не так? Умираешь, не борешься за себя — неужели будешь за самку и котенка бороться? Слабый должен умереть, это закон».

Некромант усмехнулся, уж каким-каким, а слабым он себя никогда не считал. Но и спорить с меховушкой бесполезно. Все же у дорфов иная логика.

Легко проведя ладонью над телом Греты, некромант избавил ее от последствий возлияний. И, подумав, сделал то же самое для Тирны, лицо которой носило на себе след недавних слез.

— Все будет хорошо, — уверенно произнес некромант и вышел.

До самого утра он сидел на Морском балконе, любовался штормом и выписывал зубодробительные формулы из книги. И время от времени прикладывался к вину, все же, вечер располагал к некоторому расслаблению.

Глава 5

Открывать глаза было страшно. Грета достаточно слышала об ужасах похмелья, чтобы понимать — вчерашний вечер не останется без последствий. Однако же, голова не болела, во рту никакого поганого привкуса не было, да и вообще, она чувствовала себя свежей и хорошо отдохнувшей.

— Ты там жива? Я какая-то подозрительно свежая, — окликнула подругу Тирна.

— Жива и тоже прекрасно себя чувствую, — отозвалась Грета.

— Хм, странно. Хотя, знаешь, мой дядя как-то говорил, что от по-настоящему хорошего алкоголя похмелья не бывает. Видимо, вчера мы пили тот самый, по-настоящему хороший алкоголь.

— Здорово, — Грета села.

— Не представляю, мы же вместе перестали ходить в столовую. Предлагаю умыться, надеть форму и ползти на завтрак. Может там что-нибудь скажут. А если ничего не скажут, то подойти к стенду с баллами и посмотреть там.

— И на золотые пластинки посмотреть, — кивнула Грета.

На пластинки посмотрели сразу же и здорово струхнули — цифры пропали. Остались только имена.

— Ладно, может время должно пройти, — неуверенно предположила Тирна.