Маски сброшены

— Хм?

— Дикки сказал, что одно время им бросали мясо. Я не придала значения, а сейчас думаю — это мог быть только сообщник. Сам Лазар искал зверинец, а кто-то другой подменил беличий корм на свежее мясо. В противном случае, что помешало Лазару привести свой план в исполнение?

— Мора Муха как-то обмолвилась, что с сотрудников взяты клятвы, — медленно протянула Тирна, — и они не могут подсказывать. Вот ему и пришлось искать зверинец самостоятельно. Это вроде как было сделано после утечки информации. Значит, Лазар точно не один.

— И мы это вряд ли узнаем. Но как бы они делили приз?

— А если таинственному покровителю не нужен приз? Если ему нужен переполох? Мы знаем, что королеву хотят убить, так почему бы не перевести стрелки на келестинского шпиона? Лазутчика, протащившего на отбор опасную нечисть?

— Мы сейчас доразмышляем до всемирного заговора, — вздохнула Грета и утащила пластинку сыра.

— По меньшей мере это логично.

— Я Финли-то не везде могу протащить, — буркнула Грета. — Не вышло бы. Тем более, что это было тайной частью испытаний. Защищенной клятвой, если верить твоим ушам. Почему мне никогда не удается ничего подслушать?

— Ты не задаешься такой целью, — пожала плечами Тирна.

Алистер Ферхара

Маленькая королева восхищала и раздражала одновременно. Некромант искренне сочувствовал ее супругу, который, забросив государственные дела, ходил за неугомонной по пятам.

Дело в том, что заставить Ее Величество усидеть в защищенных покоях не мог никто. Даже мора Тамира, бросившая свои эксперименты с вареньем, не смогла утихомирить подругу. Некромант пришел к выводу, что этот сдвиг разума у Гарри произошел из-за беременности. Возможно, так действует естественный отбор и некоторые люди просто не должны иметь потомство?

Такие мысли он от себя гнал, но они возвращались.

"— Ал? — перед некромантом появился Тель. — О Великое Небо, что на тебе надето? Женский венец?

Скривившись, Алистер показал насмешнику непристойный жест и буркнул:

— Творенье Гарри. Существенно облегчает жизнь — мигрень становится терпимой.

— Все стало хуже?

— Поймал проклятье, — хмыкнул некромант, — жена приголубила.