Мамочки, я влюбилась в дракона!

 – Держи.

– Давай не надо? – Маша с подозрением смотрела на протянутую колбу, в которой жидкость теперь была какого-то неприятного вида. Асвёр смотрел на девушку, вновь выгнув бровь. – И что мне с ней делать? – вздохнув, спросила она. – Выпить?

– Очень бы хотелось, – с сарказмом произнес колдун, – но нет, просто возьми колбу в руку.

Маша боязливо взяла предложенное, ожидая уже чего угодно. Это не колдун, это фокусник балаганный!

Асвёр снова зашептал что-то себе под нос и щелкнул пальцами.

«Щелкунчик!», – мысленно обозвала его девушка.

Жидкость в колбе начала светлеть, пока не стала прозрачной. Там явно произошла химическая реакция, по мнению Маши, как-то про магические реакции она думать еще не могла.

– Потрясающе! – Асвёр зло сверкнул глазами. – Изумительно! За что, Создатель, мне такое счастье?! Почему именно я? – он беспокойно заходил по лаборатории. – Сто лет! Да я за сто лет с ума сойду!

– Ну, я пошла? – насмотревшись на метания колдуна, Маша решила оставить его одного.

– Стоять! – рявкнул тот в ответ. Машка, хмыкнув, потопталась на месте в нерешительности.

– И прекрати отдавать мне команды, как собаке, – недовольно бросила, обернувшись.

Колдун выпад проигнорировал и снова вернулся к ящику с безделушками. Нашел очередной камешек и опять над ним что-то зашептал, потом второй, третий…

– Лови, – развернувшись, он кинул в Машку одним из новых амулетов.

– Так просто? – она выгнула брови. Одну, как у этого вредного ящера, поднимать так и не получалось. Асвёр кивнул. – Ну ладно. Локоны, – произнесла Маша и провела амулетом по пряди. – Круть! – восхитилась, подергав упругий завиток. И никакого мучения с плойкой!

– Главный колдун, а занимаюсь такой мелочевкой, – бурчал Асвёр, заговаривая следующий амулет. – Этот будет вместо твоего фена, – пояснил, кидая искре второй камешек.

Опять отвернувшись от нее, произнес заклинание оцепенения, впрочем, уже не надеясь на успех. Создатель знатно над ним подшутил – Мария выборочно реагировала на его магию. То есть вот бытовыми заклинаниями, созданными им, она пользоваться может, а вот он не может заставить ее ни замолчать, ни замереть! Не реагирует!

И дело тут совсем не в потраченном резерве, как он думал изначально.