Мама для дракончика или Жена к вылуплению (СИ)

Я должна быть сильной ради Дэни и Вилли, но...

Да, я трусиха, я не смогла. Только прижалась тихонько к двери в его покои и выпустила свою силу, чтобы почувствовать, что он там, что он здоров и селен, как всегда. Сильный маг и физически сильный мужчина, дракон. Конечно, в человеческой ипостаси без применения магии он не отличался от человека своей комплекции, но Эйдан никогда не пренебрегал физическими нагрузками. К тому же, драконья кровь усиливала регенерацию, а уж если применить хотя бы частичный оборот... впрочем, на дуэли это будет запрещено.

Я закусила костяшки пальцев, чтобы не зарыдать в голос. Зачем все это? Все из-за меня. Почему из-за меня любимый человек должен рисковать своей жизнью?

Да, любимый, давно пора признаться в этом хотя бы себе. А я только и делаю, что приношу ему неприятности вместо того, чтобы сделать счастливым. Но я обещаю, клянусь, что ни за что не буду мешать ему искать его собственное счастье. Как только он полюбит другую женщину, мы любыми способами разорвем наш брак, даже если мне придется ради этого уйти в монастырь Белых Сестер.

А пока же я находила утешение хотя бы в том, чтобы быть с ним рядом, заботиться о его ребенке и чувствовать своей магией его спокойное дыхание во сне где-то там в его комнатах, стабильное горение его магии.

Меня спугнул случайно шедший по коридору слуга, заставил спрятаться в своей комнате. Но даже оттуда я продолжала чувствовать Эйдана, будто еще сильнее настроилась на него, будто магия моя тянулась к нему, как бы далеко он ни был.

У меня не было сил разорвать сладостную иллюзию, и я заснула.

Проснулась я от какого-то странного тревожного ощущения внутри, будто что-то было не так. Солнце еще не успело подняться над оградой сада, но я не смогла заснуть. Даже не одеваясь, набросила на себя халат и выбежала в коридор. Привычно уже прижалась к чужой двери и выпустила магию... чтобы ощутить, что кровать Эйдана пуста. Его не было не только в комнате, его не было в особняке.

«Бой назначен на рассвете», — хоть мне и не говорили, поняла я.