Маленькие Песцовые радости

Когда я вернулся, меня отловил дядя Володя и начал настаивать на том, чтобы я снялся с соревнований, хотя даже Елизавета Николаевна ему сказала, что меры безопасности усилили, а значит, после первого неудачного покушения второго на соревнованиях точно не будет. Она попыталась на нас с Олегом надавить, чтобы мы рассказали о причине, но тут уж мы отговорились родовой тайной. Песцовых, разумеется. Потому что часть секретов Вьюгиных она уже знала и на них ссылаться было бессмысленно.

Чтобы не отвечать на вопросы, я сделал вид, что внимательно отслеживаю по мониторам последние бои, а параллельно в качестве тренировки проверял все точки Жизни.

Внезапно точка тети Аллы начала перемещаться, а потом застыла в месте, до которого я мог дотянуться заклинанием. Я настроил прослушку, и не зря: сразу попал на встречу с княгиней.

— Говори быстро, зачем звала, — выпалила Шелагина. — У меня мало времени. Я должна вернуться до старика.

Старик — это князь? Могла бы побольше уважения проявлять по отношению к нему хотя бы при посторонних.

А тетя Алла точно была посторонней, хотя для меня и оставалось загадкой, какие отношения их связывали. Кроме общих предметов для ненависти, разумеется.

— Мне нужно, чтобы ты уговорила Эрнеста.

— Нет, — торопливо ответила княгиня неприятно-квакающим голосом. — Я не имею на него никакого влияния, я не буду просить.

— Рита, ты мне должна, — с нажимом сказала тетя Алла. — Не забывай.

— Я тебе все долги давно отдала, — высокомерно ответила княгиня. — И даже больше.

Мальчишку и пальцем не трогаю по твоей просьбе.

А это она сейчас обо мне. Привирает, потому что на прошлых соревнованиях она из кожи лезла, чтобы мне нагадить. Но убить не пыталась, это правда.

— Просьбу отменяю.

— В смысле? — глупо переспросила княгиня.

— В смысле, хочешь на нем оттянуться — пожалуйста. Хоть до смерти. Я понимаю, что он сейчас больше опасен для тебя, чем нужен мне. После вскрытия родства с князем…

Тетя Алла практически шипела. Возможно, так она пыталась говорить тише, но получалось общение жабы с гадюкой.

— Старик его не признал, — неуверенно квакнула княгиня.

— Не признал сейчас, потому что думает, как это сделать с наименьшими потерями для собственной репутации. Как придумает — твоего сына подвинут в очереди. Навсегда.

Княгиня молчала, поэтому тетя Алла решила додавить:

— Если ты уговоришь Живетьева мне помочь, я забуду о твоем существовании. Больше никогда ни с чем не обращусь. Буду считать твой долг закрытым.