Маленькие Песцовые радости

И как-то сочеталось с тем, что я выберу Илье.

— О господине Песцове не беспокойтесь, — ехидно сказал император. — Он свою часть выберет сам. Заодно и проверим, насколько ему можно доверять серьезные дела.

— У него может быть совсем другой подход, — проворчал Шелагин. — Мне же нужно, чтобы все встроилось в единую систему.

— Это вам нужно, а он — не член вашей семьи.

— Он мой внук! — рявкнул Шелагин."

"— Хотите оспорить мое решение? — с интересом уточнил император.

Был в его вопросе какой-то подтекст, которого я не понял, но сразу считал Шелагин.

— Я не говорил о признании, я говорил о реальных родственных связях.

— Княжеская собственность не отчуждается даже в пользу реальных родственников. Исходите из этого. Ваш внук достаточно взрослый, чтобы понимать, что ему нужно.

— Разумеется, вчерашний школьник — достаточно взрослый, чтобы принимать решения, а госпожа Живетьева — недостаточно взрослая, чтобы отвечать за свои решения.

— Не волнуйтесь, госпожа Живетьева в полной мере ответит за все, что будет доказано.

Не думаю, что император собирался спустить Живетьевой обман. Скорее, он использует это как повод получить наконец от нее клятву. И хорошо пощипать: подозреваю, что после всех разбирательств имущество захваченных родов на балансе Живетьевых не останется.

— О чем задумался? — спросил меня княжич Шелагин.

Говорил он тихо, но я не мог быть уверен, что наш разговор не услышат, поэтому, прежде чем ответить, поставил защиту от прослушивания.

— Я думал, совет будет немного погромче, — признался я. — За таким обвинением должно было начаться движение, а его нет.

— Отцу не удалось собрать коалицию, — пояснил княжич. — Даже те, кто пострадали от заговора императора с Живетьевыми, опасаются выступать с обвинениями непосредственно императору.

— Почему?

— Потому что прямого доказательства его участия нет и он может посчитать это оскорблением, на которое ответит вызовом.

— Я заметил, что Прохоровы осторожничали, но решил, что это исключительно их особенность.

— Нет, удалось бы собрать коалицию, отец рискнул бы возглавить, но выдвигать обвинения от себя одного — подставлять все княжество.

— Понятно.

— Хорошо, что понятно.