Малефисента. История темной феи

Вся вина, вся тоска, которую она ощущала, чувствуя свою причастность к тому, что сестрички оказались в стране снов, тяжким грузом падет ей на голову. Иногда Цирцея забывала, как сильно сердилась на сестер из-за всех ужасных вещей, которые они творили. И еще забывала, что ее гнев был весьма оправдан. Ей не хотелось делиться этими мыслями с Белоснежкой – казалось, они уже и так вполне понимают друг друга. Но теперь она всерьез задумалась, не будет ли их новоиспеченная дружба разрушена, если однажды сестры проснутся.

Сестрички явно не питали к Белоснежке никакой симпатии, и Цирцея не могла понять почему. Порой ей казалось, что сестры любят или ненавидят кого-нибудь без всяких причин, в силу случайного каприза. Вероятно, так получилось и с Белоснежкой. Ведь когда они впервые узнали о ней, она была еще совсем ребенком. «Возможно, мне удастся найти ответы на эти вопросы в их дневниках. И может быть, после всех этих лет я наконец пойму своих сестер и узнаю, кто они есть на самом деле».

Довольно долго она листала колдовские книги впустую, но вдруг ее взгляд зацепился за одну фразу, вторую.

.. Цирцея побледнела. Кровь так стремительно отхлынула от ее лица, что казалось, она сейчас грохнется в обморок.

– Ох, Белоснежка! Кажется, я нашла! Я нашла то, о чем говорила Малефисента. Это колдовство!

– В чем дело? – встревожилась Белоснежка, бросаясь к ней. – Что с тобой? Ну-ка, садись скорее. Успокойся. Сейчас я принесу водички. На тебе совсем лица нет.

Цирцею всю трясло:

– Теперь я поняла.

Все встало на свои места. Все-все... Все мерзости, которые здесь творились. И мания моих сестер. И моя сила. Все...

– И о чем же там говорится? – Распахнув глаза, Белоснежка не отводила взгляда от Цирцеи. Она всерьез за нее испугалась. Но прежде чем Цирцея успела ответить, вокруг что-то оглушительно загрохотало.

Белоснежка кинулась к окну и обнаружила, что домик ведьм оторвался от прибрежного утеса и поднимается сквозь облака прямо в небо.

– Цирцея, что происходит?! Это твоих рук дело?!

Но Цирцея была испуганна и растерянна ничуть не меньше Белоснежки:

– Нет, я не знаю, почему дом вдруг решил переместиться! Белоснежка, скорее присядь куда-нибудь.

Я уверена, что нам ничто не угрожает, но прошу тебя, присядь – просто на всякий случай.

Цирцея подошла к широкому круглому окну на кухне в надежде увидеть, куда же они направляются. Хотя подобное она переживала уже множество раз, до сих пор дом всегда подчинялся воле сестер.