Магия успеха

Сам ведь сказал, не время поминать прошлое… Может, чайку?

При этом он улыбнулся и незаметно, словно фокусник, вырвал из шевелюры бородатого волосок — длинный, сальный, наполовину седой.

— Не стану я с тобой чаи распивать. — Дернувшись, словно от удара тока, человек в пальто отшатнулся и непроизвольно, по старинной привычке, осенил себя крестом. — Не затем я к тебе пришел, Отто Людвиг фон Третнофф. В последний раз тебя спрашиваю: хоть единожды в жизни употребишь свою силу во благо? Помни, умрешь и ты, а там…

— Свят, свят, свят… — Хозяин дома перекрестился с издевкой, и в его глазах снова зажглись дьявольские искры.

Его породистое, с правильными чертами лицо было бледно и напоминало посмертную маску.

— По этому адресу завтра в полночь. — Бородатый вытащил клочок бумаги и осторожно, чтобы не коснуться чужих пальцев, протянул его Людвигу.

Повернулся, щелкнул тугим замком и, не прощаясь, окунулся в смрадную темень черного хода.

«Оревуар, преподобный. — Губы Людвига растянулись в усмешке, и, содрогнувшись от застарелой ненависти, он двинулся по длинному, извилистому коридору. — Еще неизвестно, будет ли счастливым твой путь». Скоро он остановился перед неприметной, под цвет обоев, дверью, отомкнул ее двумя ключами и, высоко подняв подсвечник, вошел в небольшую, без окон, комнату.

Внутри было странно.

— Именем отца моего. — Людвиг ловко зажег масляную лампу и, отдернув занавеску, разделявшую помещение надвое, подошел к некоему подобию стола, застеленному пергаментом с изображением пентаграммы.

Шепча непонятное, он добела раздул угли в курильнице, бросил поверх них ладану, белой смолы и серы и, странно усмехнувшись, отправил следом волос, вырванный из шевелюры недавнего гостя.

Тот тем временем был уже далеко. Шаркая размякшими подошвами, он перешел Тучков мост и, хрипло дыша цинготным ртом, принялся забирать левее, на Средний."

"«Скверну надобно выжигать огнем». Все его мысли были о дне грядущем, дне, на который назначена Большая церемония. Самые достойные из обладающих силой соберутся завтра и, воздействуя своей волей на законы природы, обрекут на гибель кучку выблядков рода человеческого.