Магия успеха

Я приникаю к этому роднику здоровья, пью, пью, пью и не могу напиться, и все это под контролем высшей магии: белая друидесса мадам Роше регулирует ход процесса, играет на лютне старинные кельтские гимны, голос ее медоточив и подобен журчанию ручья. Бася вскочила с шезлонга и, изогнув стан подобно греческой вакханке, повела роскошным бедром:

Не бойтесь, о девы, отдаться велению бренного тела,Явите свою наготу, ослепленные похоти мраком,Отверзши ложесна, возлягте на брачное ложе вы смело,Сплетайтесь с мужами и лежа, и стоя, и раком…Она несомненно была натурой тонкой и возвышенной.

— Ой, блин. — Путана Люська покрутила пальцем у виска, поднявшись, стала заворачиваться в полотенце. — Ты, Баська, просто озабоченная, отжарили бы тебя десяток депутатов в пять заходов по два смычка, сразу не до гимнов бы стало. А то и лежа, и стоя, и раком! Тьфу. — Она сплюнула прямо на пол и, не расставаясь с бутылкой, нетвердой походкой поплелась в русскую парную."

"— Не слушай ты ее, Басечка, потаскушку.

 — Депутатиха Таисия Марковна с изяществом гиппопотама выбралась из воды и, устроившись в шезлонге, принялась рассматривать журнал для настоящих женщин. — Частушки волнительные. А на депутатский корпус она, сука рваная, клевещет, мой котик, к примеру, так и горит на службе, ему небось не до всех этих гадостей. Эй, Светунчик, поджарь-ка охотничьих колбасок граммов восемьсот, с макарошками, да салат настругай. И кавуна ополовинь, только смотри, чтоб был с сухим хвостиком.

Упоминание о хлебе насущном вывело Таирову из состояния блаженной прострации, пора ей было ехать обедать в семейном кругу. Ноблес оближ.

— Свет, звякни в таксярник. — Поднявшись, она допила коктейль, рассчиталась с халдейкой и, помахивая полотенцем, вразвалочку пошла одеваться. — Счастливо, водоплавающие.

Не прошло и часу, как неповоротливая, канареечного цвета «Волга» доставила ее к ресторации «Шкворень». Леночка взбежала по гранитным ступеням, сбросила на руки гардеробщику соболиное манто и скучающей походкой уверенной в себе женщины направилась в Пиратский зал, стилизованный под трюм парусного судна.

Все здесь напоминало о добрых старых временах: решетчатые фонари, пузатые, словно пороховые бочки, столики, Веселый Роджер на витражном окошке — черный фон, белый череп, скрещенные берцовые кости. Хороший вкус, морской размах, жажда приключений.

Посетителей же, однако, было раз-два и обчелся.