Магические узы

Проклятье, мы вместе выжили в нашей чокнутой семейке! Как я могу на тебя злиться?

У меня вырвался смешок.

– Обещаешь не закладывать меня отцу? – спросил на дорожку Богдан.

– Только если ты больше не станешь подливать мне сыворотку правды.

Он уехал, оставив меня тет-а-тет с пустотой внутри. Минул день. Его сменили сумерки, а потом из леса выступила мгла. Сначала она стелилась у самой земли, заползала под травинки, окутывала кусты, а потом потушила небо и зажгла фонари.

Я вышла на улицу и плюхнулась на плетеные качели.

– Ветров.

Аппарат принялся набирать номер. Я прижала трубку к уху и вдруг услышала знакомый красивый голос, от которого защемило внутри. Почему мне даже в голову не пришло, что на фамилию «Ветров» послушная зеркальная память найдет именно его?

«Вале, – поприветствовал меня Ратмир на латыни.

Со мной вежливым тоном говорил настоящий профессор истории. Из горла вырвался то ли стон, то ли вздох. Грудь ломило, и я не понимала, почему все еще могла дышать.

– Ветров, – приказала я коммуникатору и снова услышала короткое приветствие. – Ветров.

И снова.

– Свяжись со мной, пожалуйста, – пробормотала я, задыхаясь от слез, и опять велела прибору набрать Ратмира.

– Богдан?

У меня на секунду остановилось сердце.

– Рат! – выкрикнула, вскакивая с качелей.

Коммуникатор жалобно пискнул и отключился, полностью разрядившись.

– Нет! – пробормотала я, пытаясь оживить потухшее зеркало. – Нет, нет! Только не сейчас! Проклятье!

Потыкав в черный экран, от злости отшвырнула приборчик в траву.

– Чем тебя обидел мой коммуникатор? – прозвучал недоуменный возглас Богдана.

Я резко оглянулась. Старший брат пересекал газон, направляясь ко мне.

– Ты соврал мне! – В моем голосе, прозвучавшем словно со стороны, слышалась злость. – Он жив! Ратмир жив!

Изменившись в лице, Богдан остановился. Я стремительно приближалась, желая ударить предателя побольнее.

– Я не врал тебе. Ты сама решила, что он погиб.