Магазин работает до наступления тьмы 2

У дверей Славик проверил в кармане пластиковую коробочку, а Матильда еще раз на всякий случай взглянула на листок бумаги с маршрутом, который и так уже запомнила наизусть.

— Страшно?

Матильда кивнула. Судя по тому, что рассказывала об этом осколке Варвара Спиридоновна, за тяжелой деревянной дверью был сущий ад. Ад для монад, подумал Славик, невольно обрадовавшись паразитной рифме, словно она могла все как-то облегчить, заставить нависшую над ними осязаемую опасность прыснуть в кулачок и отойти посмеиваясь.

— Давай вернемся. К Варваре Спиридоновне, в Химки. Да сдался он тебе, сама говорила, что у вас токсичные отношения… Признай уже, что ты его любишь. — Славику вдруг дико захотелось хоть какой-то определенности. — Ну, чисто по-человечески…

— Олух ты, — процедила Матильда. — Царя небесного.

Славик взялся за ручку, и дверь, скрипнув тугими петлями, открылась. В аду было лето и на фонарных столбах цвели флаги.

***

Они шли дворами — Варвара Спиридоновна велела держаться подальше от людных мест.

Во дворах было тихо и солнечно, распаренные женщины катили перед собой коляски, улыбались друг другу, здоровались. Дети носились по площадкам. В одном дворе мальчишки играли в какое-то противостояние — одна группа пряталась в домиках и на горках, а другая выслеживала ее и с криками «Нечисть, нечисть!» направляла на противников палки и громко шипела, поводя ими в воздухе. «Нечисть» падала на мягкое, нетравмоопасное покрытие площадки и корчилась.

Варвара Спиридоновна сказала — в этом слое случилось вторжение, ваши полезли к нашим толпами.

И тогда Начальство передало обыкновенным людям одну из своих разработок — аппарат «Духоскоп» для выявления монад, прячущихся в телесных скафандрах. Начальство прекрасно осведомлено о том, что люди, как и монады, ни в чем не знают меры, а особенно — в уничтожении тех, кто на них не похож. Но надо же было что-то делать.

Постепенно Славик расслабился. Лето было такое теплое, такое умиротворяющее, здесь просто не могло произойти ничего страшного.

На газонах пыльными клубками грелись собаки. Пчелы ползали по белым, осыпающимся пыльцой цветам чубушника.

Оставалось пройти всего пару кварталов, когда у них за спиной взвыла полицейская сирена — и сразу перешла на смешное кваканье, как будто смущенная тем, что побеспокоила отдыхающих горожан. Матильда замерла, так и не поставив на хрустящий тополиными сережками асфальт занесенную для следующего шага ногу.