Мафиози и его Ангел: Часть 3

Феникс ходил по комнате, а Виктор стоял посередине, лицом к углу рядом с кроватью.

Мои руки сжались в кулаки по бокам, и я медленно двинулся вперед.

Айла была на полу возле тумбочки. Она села у стены, подтянув колени к груди, раскачиваясь взад и вперед, пока плакала. Она сжалась в себя, как будто пряталась от всего и всех."

"Мое сердце замерло от этого вида. Она выглядела такой сломленной, такой хрупкой.

Я обратился к Виктору. Он выглядел измученным. Покачав головой, он вышел из комнаты.

Мой взгляд вернулся к Айле.

Ее голова вскинулась, и она подавила рыдания. Ее глаза были красными и наполнились слезами. Ее щеки вспыхнули и стали влажными. Она смотрела на меня с таким волнением, что я не мог это принять.

Так много боли. Печали. Гнева. Предательства. Причиненной боли.

В тот момент я знал, что она чувствовала слишком много, слишком быстро.

Айла громко вскрикнула и в мгновение ока оказалась у меня на руках.

Я обнял ее и раскачивал взад и вперед. «Шшш… все в порядке, Ангел. Я сейчас здесь и не оставлю тебя.»

Поцеловав ее голову и лицо, я крепче прижал ее. «Я держу тебя, Ангел».

Ее руки обняли меня, удерживая. Ее пальцы впились мне в бока, и она плакала мне в грудь. Она не произносила ни слова. Я не уговаривал ее.

Я обнимал ее и знал, что для нее этого достаточно. Пока она была у меня на руках, мне этого было достаточно.

Дверь за нами закрылась, когда все ушли. Мы остались на полу, а Айла продолжала плакать. Я разговаривал с ней, как и раньше.

Я отнес ее в постель. Мы лежали под одеялом, обнимая друг друга.

В конце концов ее слезы прекратились, и когда воцарилась тишина, я тоже замолчал. Я слегка отстранился и увидел, что ее глаза были закрыты. Я смахнул ее слезы и нежно погладил ее щеки.

Мы оставались в таком состоянии некоторое время, и, наконец, Айла медленно моргнула и открыла глаза.

Когда Айла посмотрела на меня, я тяжело вздохнул.

Эмоции, которые я видел в них раньше, исчезли.

«Ангел», - прошептал я. «Позволь мне увидеть тебя… плачь, сердись. Ударь меня. Кричи на меня. Но я больше не могу смотреть в эти пустые глаза».