Львица по имени Лола

Хотя оттопыренный мизинец при чаепитии — явный перебор. Или ирония.

Она очень ироничная — Лола. Или человек, стоящий за ней.

Впрочем, после второй встречи Дина уже напрочь забыла, что за Лолой есть кто-то еще. Она поверила. Поверила в созданный образ. В придуманную личность. А то, что Дину необъяснимо потянуло к этой личности — так мало ли странных событий было в жизни Дины Ингер?

***

— Ты избалуешь меня, голубка, — Лола принимает букет и аккуратно ставит его в подготовленную вазу. О букете Лолу предупредили.

— Тебя хочется баловать, — Дина прижимается коротким поцелуем к напудренной щеке.

— Не настолько, чтобы не посекретничать с тобой, — Лола устраивается на диване, отработанным движением одергивает платье, хлопает по сиденью рядом. — Садись, милка-голубка.

— Милка-голубка? — Дина улыбается, садясь. Улыбка в присутствии Лолы появляется самопроизвольною. — Ведь была просто голубка? Откуда взялась еще и милка?

— Это любимое обращение моей бабушки по особым случаям.

— У тебя есть бабушка? — изумляется Дина.

Их разговор уже традиционно прерывает официант, который приносит чай. Такое внимание — Дине. Ян обхаживает человека с фамилией Ингер, всеми возможными способами демонстрирует уважение.

— Конечно, у меня есть бабушка, — как только за Федором закрывается дверь. — У меня знаешь какая бабушка? Моя бабушка, она у меня — чемпион мира по обниманиям!

Дина смеется знакомым с детства интонациям. У Лолы выходит очень похоже.

— Верю! А какой же сегодня особый случай?

— Не знаю, — пожимает плечами Лола. — Давай его придумаем, а?

— Давай, — легко соглашается Дина на игру. — Например, сегодня тот самый день, когда я буду читать тебе свои стихи.

— О-о-о-о… — округляет глаза Лола. — Они грустные, милка-голубка? Мне готовить платочек? — гибко протягивает руку и берет с гримировального столика упаковку с бумажными платочками.

— Почему ты решила, что они грустные?

— Красивые девушки всегда пишут грустные стихи про любовь, — Лола выудила платок из упаковки.

— Я не буду сегодня тебя мучить своими стихами, — улыбнулась Дина. — Зачем так сразу пугать благодарного слушателя.

***"

"А слушатель был и правда благодарный. Лола обладала уникальным талантом слушать. За всю взрослую жизнь Дину слушал лишь один человек — Алла Максимовна. Мягкая, душевная женщина, педагог по истории кино. К ней Дина припала, как замерзший путник — к теплу очага.