Львица по имени Лола

 — Больше жизни люблю. Замуж за него хочу. И фамилию его. А он… он… — тут Дина вполне натурально вздохнула.

Василиса перевела тяжелый немигающий взгляд на Левку.

— Любишь дивчину, раз привез? — звучало это скорее утверждением, чем вопросом. Что ему оставалось? Кивнул. В голове судорожно подбирая слова, аргументы, объяснения. Ну, Дина, ну, Андреевна! Не знает ведь, во что ввязалась!

Василиса вставала из-за стола неумолимо, как айсберг перед Титаником. И Лев мгновенно понял, что шансов у него нет. Вообще. Никаких. И слова уже можно не подбирать.

— Телефон-ка мне подай, Лев, — отчеканила Василиса. Поправила очки на носу, вглядываясь в экран. А потом поднесла аппарат к уху. — Мариша? Ага, теть Вася. Дело у меня к тебе. Практически государственной важности.

***

После обеда поднялся ветер, и он трепал волосы Дины, время от времени забрасывая их на лицо, и пытался расстегнуть пару лишних пуговиц у Левки на рубашке.

На полдороге он не выдержал и остановился.

— Ну, ты довольна? — голос звучал резко.

— Очень, — безмятежно ответила Дина, заправляя прядь за ухо.

— Дина… — раздражение и какое-то непонятное отчаяние не отпускали Левку. — Ты хоть понимаешь, что ты творишь? Подумай сама: кто ты — а кто я? — гордость взывала, но Левка уже не обращал на нее внимания.

Выражение довольства схлынуло с лица Дины. И тоже вдруг окаменело, как у Василисы.

— Понимаю, — тихо проговорила она. — Ты умный, порядочный, у тебя семья прекрасная. А я — кто? Сирота с неблагополучной… биографией и психологическими проблемами.

Да не то же он имел в виду, совсем не то. Гордость заткнись!

— Дина… — волосы снова поднял ветер, и лицо Дины совсем скрылось. — Я не про то. У тебя известные родители, у тебя продюсерский центр, у тебя… деньги. Ты…. Ты из элиты. А я кто? Простой парень из курортного городка, провинциал, без образования. Разве такой муж тебе нужен, Дина?

Она обернулась.

— Думаешь, недостоин меня, так?

Лев сжал челюсть. И нехотя и коротко кивнул.

— А что же, Левушка, — Дина подошла вдруг совсем близко, взяла его за полочку рубашки, — если появиться более достойный — отдашь меня ему? — Дина с удовлетворением смотрела, как потемнели любимые глаза. И с наслаждением почувствовала, как любимые руки прижали крепко. Как любимый голос хрипло выдохнул на ухо:

— Нет. Никому не отдам.