Лунная колдунья

– Он здеся с обеда возлежит. – Сурья забрала у меня веер и шляпку. – Никак королевских кровей котяра. Вы только гляньте на его морду, льера Адель. Поперек себя ширей! У нас в деревне тоже такой кот был, здоровый, злющий, и все котята были на него похожи. Очень уж любил размножаться.

– Ты любишь размножаться, кисуля? – хихикнула я и почесала кота за ушком. – Сурья, набери мне ванну.

– Никак нельзя, льера, – покачала головой служанка. – Ужин через час, не успеете обсохнуть. Вот душ враз вам организую. А где же вы были? Туточки граф Лерой весь дворец на уши поставили, вас искали, – спросила она уже из ванной.

– А я гуляла по парку да заплутала немного, а потом заснула на солнышке. А тьер Арден тоже искал? – не сдержала я любопытства.

– Его высочество были очень недовольны, что вы одна ушли, да еще и от охраны сбежали.

Ага, значит, охрана все же была… А я ее и не заметила.

Сурья помогла мне раздеться и, пока я принимала душ, рассказала местные сплетни. Оказывается, я пропустила много интересного, например, прибытие невест и скандал из-за комнат.

– Ох, и тьеры нынче пошли! Чуть друг другу в волосы не вцепились, а как узнали, что вы успели занять королевские апартаменты, так ор подняли, требуя вас выселить. Да только льер Рошель быстро его прекратил, сказал, что комнаты распределял лично граф Лео Лерой, и если кому из тьер чего не нравится, то она может прям сейчас отправиться домой. Ей, мол, даже карету выделят за счет казны. Тьеры и успокоились. А завтра еще приедут. На кухне поварихам списки подали, кто чего хочет на завтрак, надобно и вам меню составить.

– Мне хватит кофе и булочку.

– Да что вы, льера, такое говорите! Завтрак – наиважнейшее для работы всего организма. Тьера Лерой всегда завтракала плотно, чтобы цвет лица сохранить…

Под непрестанное нравоучение Сурья меня вытерла насухо, причесала, выдала чистое белье и показала жемчужного цвета платье, которое она приготовила на вечер.

– А может, я скажу, что приболела, и никуда не пойду?

После душа я чувствовала себя тридцатилетним «Запорожцем», прошедшим ралли «Париж-Дакар», хотелось спать и не хотелось шевелиться.

– Нельзя, льера Адель, – сочувственно произнесла горничная. – Его высочество для вас лично приглашение передал.

Гад!

Но делать нечего, пришлось одеваться и выходить. Единственное, что я себе позволила, это надеть домашние туфли, все равно под длинным платьем их не видно, а если и выглянет носочек, то он темно-серого цвета, вполне сочетаемый с платьем.