Лунная колдунья

"

"В дверь постучали, когда я спустила в унитаз пепел и вымыла вазу.

– Льера Адель, к вам распорядитель, – с почтением сообщила Сурья и скосила глаза на вазу в моих руках, а потом удивленно посмотрела на рассыпанные по дивану яблоки.

– В вазе был паучок, – соврала я и, сунув посуду служанке, повернулась к гостю. – И яблоки помой!

– Мое имя льер Рошель, я распорядитель королевского отбора.

Льер Рошель выглядел очень недовольным, хотя и пытался скрыть это недовольство за строгим выражением лица. Я молча рассматривала его, ожидая продолжения разговора.

Седые бакенбарды, залысины, крупный мясистый нос и холодные бледно-голубые глаза. Серый френч, застегнутый на все пуговицы, и такие же серые галифе, заправленные в высокие блестящие сапоги. Ему определенно не хватало погон. Этакий статс-капитан в отставке. До пенсии не дослужил, семьей не обзавелся, зато получил радикулит и язву.

– Льера Адель! – Это прозвучало как ругательство. – Ваше расписание. – Он протянул мне свиток, перевязанный синей лентой.

 – Завтракать можете в своих апартаментах, обед и ужин для невест будет накрыт в синей столовой. На мужскую половину ход девицам запрещен. Несмотря на то что тьер Лео Лерой является вашим покровителем, – тут он не удержался от многозначительного покашливания, – вам следует строго соблюдать все правила, предписанные для юных льер. Надеюсь, вам они известны, льера Адель?

Я скромно кивнула.

– В таком случае, до встречи. Если возникнут какие-либо вопросы, обращайтесь непосредственно ко мне, а не к вашему, кх-кх, покровителю.

– Конечно, льер Рошель. – Я мило улыбнулась. – Скажите, а можно мне гулять в парке?

– Правилами это не возбраняется.

Распорядитель сухо кивнул и вышел.

– Сурья, ты знаешь, как отсюда выйти в парк? – спросила я, отдавая служанке свиток.

– Льера Адель! – всплеснула руками служанка. – Но не в утреннем же платье!

Через полчаса, переодевшись в нечто синее с белым воротничком и юбкой-колоколом, в маленькой кокетливой шляпке с пером «жар-птицы» и веером в руке я чинно следовала за Сурьей по пустынному коридору, старательно запоминая дорогу и рассматривая встречных слуг.

На меня тоже глазели, но не так откровенно. Горничные были все как одна молоденькие и симпатичные, в серых платьях и белоснежных передниках, мужчины же, наоборот, чаще попадались пожилые.

К моему счастью, коридор закончился лестницей, а лестница вывела в большой и светлый холл, заставленный многочисленными вазонами с цветами.