Лунная колдунья

Господи, за что мне все это? Я ведь просто хотела отыграть роль! Я хотела учиться, ходить по театрам, клубам, наслаждаться молодостью! Хотела путешествовать, влюбляться, жить по полной, а вместо этого торчу посреди средневековой крепости и едва сдерживаю слезы.

Я не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я смогла взять себя в руки. Я смахнула с глаз слезы и направилась в ванну, чтобы умыться, не хотелось, чтобы Сурья увидела меня зареванной. Когда плескала в лицо ледяной водой, показалось, что дверь открылась, но шагов я не услышала.

Я выключила воду и прислушалась. Тишина.

– Наверное, показалось, – пробормотала себе под нос.

Вытерла лицо и вышла в комнату.

– Сурья! Это ты?

В комнате никого не было, а на стене углем был нарисован странный символ, похожий на вилы в круге. Я оглянулась на дверь: засов закрыт, в окно при всем желании никто бы не смог пролезть, значит… Магия или тайный ход?

Страшно не было, наоборот, появилась азартная злость. Я заглянула под кровати, под стол, даже подергала решетку на окне, а потом, вооружившись тяжелым глиняным кувшином, резко распахнула дверцу шкафа.

Из его недр вылетела одинокая моль, и стало видно, что внутри на плечиках висит серое платье с белым воротничком и темно-зеленый дорожный костюм. Похоже, Сурья успела разобрать покупки и приготовила одежду на завтра.

Простучать стены? Но они каменные, и вряд ли я сумею определить по стуку, где скрывается проход. Это только в кино все легко. Вот была бы у меня свеча, можно было бы поискать сквозняк.

А так… Скорее всего меня решили испугать, ведь если бы хотели убить, то придушили бы в ванной. Но вот мне жутко любопытно, кто? Не полковник же!

В дверь постучали, и я открыла Сурье. В отличие от меня, служанка, увидев рисунок, чуть в обморок не грохнулась, а потом разозлилась и, схватив тряпку, начала энергично оттирать стену, приговаривая:

– Это что же происходит? Да я этому коменданту! Да я ему, солдафону проклятущему!..

– Думаешь, это он нарисовал?

– Нет, конечно, – смутилась Сурья, поняв, что сболтнула лишнего, обозвав благородного воина.

 – Но ему поручили следить за вашей безопасностью, льера. А тут такое!

– Это просто рисунок, Сурья, – улыбнулась я, садясь на кровать и открывая книгу.

– Это руна смерти, льера Адель, – хмуро сообщила мне служанка. – У нас в селе ведьма ее на домах проклятых рисовала, покудова ее жрецы Лунной девы на костер не отправили. Как нарисует, значит, жди беды, помрет кто-то в доме.