Ложь без спасения

Улица в богатом пригороде Франкфурта дышала аристократической добротностью и очень большими деньгами. Все дома располагались на паркообразных участках, которых часто было совсем не видно за ведущими в сад высокими воротами из кованого железа.

На широких въездах были припаркованы дорогие лимузины. Здесь проживали в основном фабриканты и банкиры. Анна каждый раз морщила нос, когда навещала Лауру.

– Не сердись, – как-то сказала она своей подруге, когда та еще только поселилась в этом месте, – но я бы здесь даже дышать не смогла.

– Здесь никто не кичится богатством, – возразила – Лаура. – Я считаю, что этот район обустроен с большим вкусом.

– Но здесь ничто не шевелится! Каждый дом похож на крепость! Высокие заборы, ворота, сигнализации и камеры слежения… – Анну передернуло. – Разумеется, здесь все демонстрируют свою важность! Но здесь ничего не происходит! Нет детей на улице. Только нешумные машины. Никаких звуков с участков. У тебя не возникает порой чувство, что ты здесь заживо похоронена?

– Петеру так лучше!

Анна упрямо взглянула на Лауру.

– А что насчет тебя? Ты, собственно, где сидишь – там, где тебе хотелось бы?"

"Теперь Лаура попыталась вспомнить, что ответила на это. Она подумала, что тогда как бы немного съежилась… возможно, больше мысленно. Вопрос подруги что-то задел в ней, что-то, о чем она не хотела думать. Лаура знала, что их жизнь в целом протекала так, как представлял себе Петер, а не она, но обычно ей удавалось внушить себе, что кто бы из них ни принимал решения, как им жить, в этом не было большой разницы.

– Чудесный уголок, где может вырасти ребенок, – с удовольствием говорил он, – свежий воздух, просторные сады, и почти нет транспорта на улицах. Я думаю, что мы тогда приняли правильное решение.

Но и во Франкфурте, в центре города, в этот воскресный день особо ничего не происходило. Было мало машин и мало гуляющих, потому что небо сулило много нового дождя, и большинство горожан, вероятно, решили остаться в своих домах.