Ложь без спасения

Когда же тот внезапно зазвонил, она вздрогнула от испуга, но потом сказала себе, что это могла быть и Моник Лафонд. В субботу Лаура сунула в дверь ее квартиры записку с просьбой перезвонить ей, и если Моник никуда не уехала, то уже давно должна была сделать это.

Но, конечно же, это звонил Кристофер.

– Доброе утро, Лаура. Я не очень рано, надеюсь?

Женщина наигранно засмеялась.

– Да нет. Я всегда рано встаю, ты же знаешь.

И тут же подумала: «Как глупо с моей стороны! Откуда он должен это знать?»

– К сожалению, – последовал незамедлительный ответ, – я этого до сих пор не знал.

Лаура зябко поежилась. Либо они с Кристофером говорили на разных языках, либо она в последние дни случайно подала ему какой-то знак, который он неверно понял. Но ей и в голову не приходило, что бы это могло быть. А может быть, эта фраза была совершенно безобидной с его стороны, и именно она интерпретировала ее по-своему, хотя он об этом вообще даже и не думал?

– Тебе что-нибудь дал твой вчерашний вечер? – продолжил тем временем Хейманн.

– Ты считаешь, что можно попасть в зависимость от размышлений, как от наркотика? – спросила Лаура, посчитав это интересным аспектом в данной проблеме."

"– Я думаю, да. По крайней мере, это непрекращающееся размышление становится самостоятельным процессом и превращается в самоцель. Машина заводится, как только ты утром открываешь глаза, и прерывает свою работу, только когда ты уже заснул. Ты все время вынужден копаться в своих мыслях, даже не имея от этого никакой пользы.

– Но я еще далека от этого. Я только что стала вдовой. Я только что узнала, что мой муж мне изменял. Мне нужно все это переварить, но я не смогу этого сделать, если буду отгонять от себя все это.

– Конечно, – мягко сказал Кристофер, – я и не имел в виду, что ты должна все это отгонять. Я хотел только посоветовать тебе, чтобы ты не предавалась полностью постоянным размышлениям.